Твоя сбежавшая голубка нашла кое-что интереснее демонстративных страданий».
Следом раздался окрик одного из дозорных:
— Воевода! Там барышня возвращается! И не одна!
Со стороны опушки, где располагались вырубленные из соображений безопасности деревья, показалась Полина. Она уже не бежала, а спокойно шла, ведя за руку мальчика лет шести-семи. Её лицо казалось удивительно спокойным, будто недавней вспышки не было вовсе.
— Глядите, Мишутку-то Кузнецовых нашли! — воскликнул кто-то из селян. — А мы его не видели с обеда!
Стоило им приблизиться к деревне, как к Белозёровой радостно подбежали несколько детей примерно того же возраста, что и мальчик, которого она держала за руку.
— Этот юный отважный исследователь собирал хворост для семьи и заблудился, — с улыбкой сообщила она, подойдя ближе. — Я нашла его плачущим у большого дуба.
Подбежавшие дети окружили её, рассматривая с нескрываемым любопытством.
— Вы волшебница? — спросил один из мальчишек, показывая на её изящное платье.
— Я — Полина, — ответила она, присев на корточки, чтобы оказаться на одном уровне с детьми. — А вы, смелые разбойники, кто такие?
— Мы ученики Василисы Дмитриевны, — гордо ответил самый бойкий, светловолосый мальчуган. — Она нас грамоте учит и о мире рассказывает.
Я заметил, как изменилось выражение лица Полины. Она с интересом посмотрела на детей, затем на Василису, которая наблюдала за сценой с нескрываемым удивлением.
— Здесь есть школа? — спросила Полина с явным удивлением, поймав мой взгляд.
— Есть, — кивнул я. — Василиса оказалась превосходной учительницей. У неё талант.
В глазах Полины мелькнуло что-то, напоминающее вызов. Она выпрямилась, задумчиво поправляя прядь волос.
— Как интересно, — произнесла она таким тоном, что я сразу понял, в её голове уже зреет план. — Прохор… я, кажется, погорячилась, — произнесла Белозёрова тихо. — Мне не следовало устраивать сцену. Просто… я так мечтала о нашей встрече, а тут…
Она не закончила фразу, но смягчилась заметно.
Мы пошли обратно в деревню в сопровождении детей, которые засыпали новую гостью вопросами о столице, её платье и украшениях.
К ужину суета улеглась. Полина была размещена в гостевой комнате моего дома, её багаж перенесён, и она, переодевшись в более простое платье, присоединилась к нам за ужином. Василиса также была приглашена, и, к моему удивлению, согласилась, хотя я подозревал, что геомантка может отказаться.
