Я молчал, позволяя ему обдумать предложение. Наконец он кивнул:
— Это вполне можно устроить. Отношения, построенные на взаимной выгоде, самые крепкие. Ты получаешь оборудование, которое тебе иначе не достать, я — необходимый артефакт. И долю от будущей добычи. И никакой бумажной связи между нами. Умно.
— С двумя условиями, — поднял я палец. — Во-первых, артефакт ты получишь только после доставки всего оборудования. Скажем так, в качестве стимула, чтобы не затягивал с этим делом.
— А мои люди? — скрипнул зубами этот краснощёкий медведь.
— Я освобожу их сегодня. В знак уважения.
Тот кивнул, чуть успокаиваясь.
— Во-вторых, — продолжил я, — нам нужно скрепить всё магической клятвой о неразглашении.
Собеседник нахмурился:
— Клятва? Серьёзно? Мне-то зачем болтать о сомнительной сделке с каким-то провинциальным воеводой?
— Незачем, — кивнул я, — но я предпочитаю не рисковать. Мы оба садимся в лодку, которая понесёт нас по весьма крутым порогам, поэтому я предпочту, чтобы ты сидел бок о бок со мной, а не пытался выпрыгнуть из неё раньше времени… Ты не расскажешь никому о моих торговых делах, а я поклянусь молчать о сущности и предназначении передаваемого артефакта.
Министр поморщился, но затем внезапно широко улыбнулся:"
"— Знаешь, что меня восхищает, Платонов? Твои яйца размером с пушечные ядра. Сперва ты берёшь в плен моих людей, потом торгуешься, как цыган на базаре, теперь ещё и клятву требуешь! — он расхохотался. — Ладно, будь по-твоему. Всё равно об этой сделке лучше помалкивать.
В этом моменте я сомневался меньше всего. Получить от меня закреплённую клятвой гарантию, что я никогда не выболтаю его постыдную тайну — что может быть более привлекательным условием?
Я достал из внутреннего кармана небольшой складной нож. Терновский посмотрел на него с лёгким недоверием, но когда я сделал небольшой надрез на своём пальце и протянул нож ему, он без колебаний последовал моему примеру.
Наши пальцы соединились, и я начал негромко произносить слова клятвы.
Терновский повторял за мной фразу за фразой, удивляясь незнакомому ритуалу. Воздух между нами сгустился, наполнившись магическим напряжением. Я почувствовал, как энергия — ровно 75 капель — покидает меня, создавая прочную связь между нами. Руки охватило лёгкое голубоватое свечение, которое быстро погасло.
— Любопытно, — заметил Терновский, рассматривая свой палец, на котором не осталось и следа от пореза. — Никогда не видел такой формы клятвы.
