Василиса, Полина и Тимур рассредоточились в середине строя, готовые атаковать с разных направлений. Я заметил, как Черкасский нервно сжимал и разжимал левую руку — явный признак готовящегося огненного заклинания.
Бездушные молча кинулась на нас. Как прибой, несущий за собой лишь смерть и забвение, они лихорадочно неслись, чтобы захлестнуть живых, повалить на пол и высосать без остатка.
— Сейчас! — крикнул я, и наш строй пришёл в движение.
Грянули выстрелы, магические сферы Тимура и ледяные копья Полины полетели в Бездушных, а земляные шипы Василисы прорвались сквозь каменный пол.
Бездушные атаковали как единый организм, двигаясь с неестественной координацией. Было несложно понять, что ими управляет Жнец — твари действовали слишком согласованно для обычных Бздхов. Две Стриги отделились от основной массы и молниеносно метнулись к нашим флангам, где тут же столкнулись с выставленными щитами.
— Сосредоточьте огонь на крупных! — крикнул я стрелкам, рассекая глефой ближайшего Трухляка.
Полина создала ледяную стену, отрезав группу Бездушных слева, а Василиса расколола пол под ногами тех, что справа, заставив их потерять равновесие. Тимур метал огненные шары с впечатляющей точностью, поджигая тварей одну за другой. Один из них он направил в Жнеца, и я проорал предупреждение:
— Он питается магией! Бейте его физически!
Так и получилось. Древний простёр похожую на кол конечность в сторону огненного шара Тимура, и пламя внезапно изменило траекторию, влетев прямо в пурпурное ядро твари.
Оно тут же вспыхнуло ещё ярче.
В следующий момент Жнец просто исчез, растворившись в тени, а через секунду возник за спиной Тимура. Я вовремя заметил угрозу и молниеносным взмахом отбил в сторону лапу и едва не рассёк противника, но тот вновь утонул во мраке.
В разгар схватки краем глаза я засёк, как Борис вырвался из строя и прыгнул к стене, начав что-то поднимать с пола. Присмотревшись, я увидел россыпь боеприпасов в лежащем на земле патронташе, которые мгновенно заняли своё место в трёх стволах Громовержца.
Того самого штуцера, найденного возле вездехода погибшей экспедиции.
— Прикройте меня! — крикнул он, наводя оружие.
Двое алебардистов моментально встали рядом с ним, отражая атаки рядовых Бездушных, пока Борис завершал приготовления. Наконец, он вскинул тяжёлую винтовку и прицелился в Стригу, теснившую наш правый фланг.
Грохот выстрела оказался оглушительным даже в этом искажающем звуки пространстве.
