Василиса неохотно кивнула, признавая логику моих доводов.
— Вернёмся через полчаса, — заверил я её, а затем повернулся к пироманту. — Идём, нам предстоит познакомиться с очень любопытным экземпляром местной флоры.
Глава 12
Мы с Тимуром осторожно поднимались по склону холма, внимательно изучая каждый метр пути. Частично разрушенное капище окружал каменный круг стен, в провалах которого разрослись странные лозы с блестящими шипами. В центре конструкции, за пределами досягаемости этих лоз, возвышались необычные деревья с корой, пульсирующей подобно живому сердцу.
— Невероятно, — пробормотал пиромант, остановившись на безопасном расстоянии. — Это же легендарная Душегубка.
Я кивнул, прищуривая глаза. В моей прежней жизни мы называли эту дрянь Магоглотом — смертельно опасное растение, встречавшееся только в местах, где тьма пустила глубокие корни. Однако сейчас не время было вдаваться в терминологические различия.
— Где ты о ней узнал? — спросил я, пристально наблюдая, как растение едва заметно колышется, хотя ветра не было.
— Из книжки одной, — пояснил спутник. — Душегубка чрезвычайно чувствительна к окружающей среде. Она реагирует на быстрое движение и применение магии вблизи себя. Шипы содержат нейротоксин, вызывающий мгновенный паралич при контакте с кожей.
Именно так маги из отряда «Перуна» и полегли…
— И это ещё не всё, — добавил я, любуясь, как солнечный свет играет на острых, как иглы, шипах. — При срабатывании защитного механизма растение выделяет облако токсичных спор.
Эти споры временно блокируют магический дар на четыре-шесть часов. А в таком месте остаться без магии…
Черкасский поднял взгляд на деревья в центре круга, их кора пульсировала неровным, почти гипнотическим ритмом. Светло-коричневая поверхность периодически темнела, а затем снова светлела, будто пропуская по себе волны энергии.
— А вот эти деревья… не припоминаю ничего подобного в справочниках, — задумчиво произнёс он, проводя рукой по подбородку.
— Светобой, — ответил я.
— В отличие от Душегубки, практически не опасен. Даже полезен при правильном применении.
Тимур окинул заросли Душегубки оценивающим взглядом.
— Нужно её сжечь, — решительно заявил он. — Слишком опасна. Если эта дрянь выпустит споры, останемся без магии в самый неподходящий момент.
— Это верно, она чертовски опасна, — согласился я, вспоминая, как в прошлой жизни потерял нескольких разведчиков из-за подобной растительности. — Её корни уходят глубоко в почву.
