Улетев в Китай, Валерий, как всегда, звонил матери вечером, рассказывал ей, как прошел день. А на время отсутствия «своего мальчика» мать переехала пожить ко мне, поскольку не выносит одиночества.
Надежда положила ногу на ногу.
– В доме, который я наивно считала своим, стоят старые телефонные аппараты, самые простые, у которых трубки на витом шнуре к корпусу присоединены. Их два. Один в гостиной, другой в моей спальне. Я стационарным телефоном не пользуюсь – стоит себе и стоит, кушать не просит.
А родительница уверена, что мобильный при долгом использовании рак мозга вызывает, поэтому сыночек любимый ей на городской номер звонил. Кто-нибудь из вас помнит, какая особенность у телефонов-динозавров?
Федор Иванович приподнял бровь.
– Вы говорите по одному аппарату, а кто-то, сняв трубку второго, слышит ваш диалог.
Надя хлопнула пару раз в ладоши."
"– Браво! Не постесняюсь признаться: я люблю подслушивать и подсматривать. И становилась третьим, молчаливым, участником бесед мамульки и сынульки.
Валера пожаловался мамулечке на свою бывшую одногруппницу, которая попросила его положить в больницу подругу Евлампию Романову. Он не хотел услугу оказывать, да по разным причинам пришлось, вот и запихнул ее в самую дешевую палату. Едва успели больную положить, как наш Валерик выяснил: пациентка-то частный детектив, муж у нее владелец крупного агентства, с деньгами порядок… И мамуля решила свою игру начать. Она, конечно, умная, но… такая дура! Купила преобразователь голоса, а коробку из-под него бросила в мусорный мешок на кухне.
Я стала пакет завязывать, тот порвался, упаковка на виду оказалась. Смотрю я на нее и думаю: что же, интересно, мамашка затеяла? И стала за ней приглядывать.
Надя засмеялась.
– В данной ситуации очень даже полезно, что мать считает дочь глупышкой. Она уверена, будто я существо без мозга, поэтому, когда Валера из Китая вернулся, мать, приходя каждый день ко мне в гости, шла в свою комнату – у нее в коттедже личная спальня, – закрывалась там и говорила по телефону.
А я…
– Подслушивала? – взорвалась пожилая да-ма. – Это отвратительно! Сколько тебя ни учи, прока нет!
– Не следовало орать на весь дом, – огрызнулась дочь. – Неужели ты думала, что тебя никто не услышит?
– Я полагала, моя дочь порядочный человек, – отчеканила Галина Михайловна. – В роду Миловых до тебя предателей не было. Жаль, что ты на нас с Валерочкой не похожа.
