– С арахисовым, соевым, рапсовым, подсолнечным, рисовым, гречишным, из авокадо, свеклы, капусты, – перечислила помощница врача. – А еще есть баранье, козье, верблюжье, кобылиное, мышиное…
– Мышиное? – поежилась я. – Никогда о нем не слышала.
– Существует масса разновидностей масел, – подключился к беседе Чу, – а вы выбрали самое вредное. Из тысячи моих пациентов только одному подходит коровье. Давайте выясним научно, что вам можно, а что нельзя даже нюхать. Снимите туфли и встаньте босыми ногами на этот вроде бы коврик, а на самом деле мощный компьютер.
– Попрошу снять цепочки, часы, серьги, – велела медсестра. – Железные полукружья из лифчика тоже удалите. Если есть пирсинг на теле, его надо убрать.
– Ничего такого у меня нет, – ответила я.
– Металлокерамические коронки, шурупы в позвоночнике, пластины в черепе, гвозди в тазобедренных суставах имеются? – не утихала медсестра.
– Отсутствуют, – заверила я. – Но если бы они и были, как можно вытащить железку, прикрепленную к черепушке? Или вывинтить что-то из позвоночного столба?
– Ну, это уж наша забота, – потер руки Чу.
– Хорошо, раз вы не носитель металлозапчастей, смело идите на определитель метаболизма. Босиком.
Я кое-как уместилась на простом половичке. Точь-в-точь такой, только большего размера, лежит перед входом в нашу с Максом квартиру. Ноутбук на столе доктора Чу загудел.
– У вас ногти накрашены, – с неодобрением заметил Чу.
– Я делаю педикюр и маникюр. А что, нельзя? – встрепенулась я.
– Ногти на руках и ногах являются выпуклыми антеннами, нацеленными на прием биокорректирующих сигналов из космоса, – прогудел Чу, – а вы закрыли их непроницаемым для волн экраном.
Стоит ли удивляться, что биологический возраст госпожи Романовой определяется как семьдесят девять лет. Садитесь в кресло.
Я плюхнулась на сиденье. Мне почти восемьдесят?
– Вижу ваше изумление, – зачирикала помощница профессора, – но сомневаться в результате не приходится, у нас уникальная аппаратура.
– Сразу положение вещей мы не исправим, – заметил Чу, – придется продвигаться маленькими шагами к большой цели.
Сначала отрегулируем питание. Вам нельзя есть ничего с дрожжами и животным жиром, кроме мышиного масла. Мука, сахар, соль, лактоза, консерванты, мясо, рыба, молочные изделия, крупы под строгим запретом.
– А что можно? – оторопела я.
– Все остальное, – ответил безмятежно Чу, – без ограничения. Например, салат из зерен Фиан.
– Где их взять? – растерялась я.
