Схватила, сжала в кулаке и помчалась к выходу. Выскользнула из спальни и тихонько закрыла дверь.
– Хель?
Я едва не подпрыгнула от ужаса. Сердце зашлось бешеной дробью, и руки вцепились в дверную ручку, отказываясь разжиматься. Да чтоб была проклята бесшумная походка фейри!
– Что ты здесь делаешь?
Я медленно обернулась, усилием воли сгоняя перепуганные мысли в кучу и незаметно пряча перстень под наруч.
– Я хотела поговорить.
– Сейчас? – Брови Хоука дрогнули.
Я сглотнула.
– Это был дурацкий порыв. Я была настроена решительно и даже позволила себе заглянуть в комнату без стука.
Тебя не было. И я решила, что раз ты всё ещё не вернулся, то это знак, что разговор – плохая идея. И теперь я совершенно точно в этом уверена.
Я попыталась пройти мимо, но рука Хоука впечаталась в стену, преграждая мне путь. Я охнула и отпрянула от неожиданности.
Хоук посмотрел на меня очень серьёзно, настолько, что мне показалось, что он прямо сквозь наруч видит украденный перстень.
– О чём ты хотела поговорить?
– Говорю же, передумала.
– Это из-за нашего утреннего разговора? – Он продолжал не отрываясь смотреть мне в глаза, и я заметила, что они едва заметно светятся в темноте.
– Да, – ляпнула я, хотя от волнения даже не помнила, о чём мы говорили утром."
"Он ждал, что я скажу что-то ещё, а потом выдохнул, проведя ладонью по лицу.
– Хель, я встречаю тебя посреди ночи у дверей моей спальни. Как, по-твоему, это выглядит?
Как кража. Или предательство. В целом и то и другое.
– А как ты хочешь, чтобы это выглядело? – сказала я вслух.
– Ты знаешь как…
– Значит, ты знаешь, что это очень и очень плохая идея…
– Да.
Хоук мягко прижал меня к стене, наклонился, замерев в мгновении от моих губ. Нить между нами накалилась, пульсируя и становясь ярче, отяжелела, крепче обхватывая моё трепещущее сердце.
А потом – Хоук меня поцеловал.
В этом поцелуе не было ни капли магии, но у меня всё равно закружилась голова, кожа покрылась мурашками, а живот наполнился лёгким трепетом. Ноги стали слабыми, а дыхание остановилось.
То ли от страха, то ли от языка Хоука, который сплёлся с моим. Когда его руки легли на мою талию и сжали, я застонала от того, насколько болезненно-приятно натянулась нить между нашими сердцами, заставляя наши тела плотно прильнуть друг к другу, чтобы хоть немного ослабить натяжение. Хоук распалялся всё больше, и я… я, почти сведённая с ума нитью, хотела этого почти так же сильно, но мысль о Сване отрезвила меня, окатила ушатом с ледяной водой.
