– Добрый день, – сдержанно поздоровался Роман, приближаясь. – Зинаида Николаевна?
– Роман? – Рукой, затянутой в черную кружевную перчатку, Решетникова похлопала по скамейке рядом с собой. – Присаживайтесь. Марат не будет нам мешать.
Это было адресовано крутящемуся поблизости бритоголовому. Тот, молча кивнув, отошел в сторону, но остался в пределах видимости.
– Честно сказать, я немного удивлен, – признался Роман.
– И чем же, позвольте спросить?
– Тем, что вы решили обратиться именно ко мне. Вы ведь знаете, кто я?
– Прекрасно знаю, – кивнула Зинаида Николаевна.
– Разумеется, я навела о вас справки, прежде чем набирать ваш номер, Роман. Хочу, чтобы вы понимали: что бы там ни случилось в прошлом, я ни в чем вас не виню. Вы делали свою работу. Жаль, конечно, что вам после этого пришлось уйти из полиции. Вы были прекрасным следователем. Но именно поэтому я и решила обратиться именно к вам. Сейчас мне нужен такой профессионал, как вы. Это дело, если вы за него возьметесь, будет касаться только вас и меня.
Никто из других членов семьи не узнает о нашем сотрудничестве. Я вам доверяю, а мнение всех остальных меня совершенно не волнует.
– Спасибо за то, что так думаете. – Кукушкин вдруг проникся к ней уважением. – Итак, что вам нужно?
– Речь пойдет о венце, который был похищен из исторического музея во время открытия этой треклятой выставки. Его еще называют венцом Марголеаны. Я хочу вернуть его как можно скорее, но так, чтобы ни одна живая душа об этом не узнала.
– На помощь полиции совсем не надеетесь? – усмехнулся Кукушкин, наблюдая за гуляющими в сквере мамашами с детскими колясками.
– Нисколько, – откровенно призналась Зинаида Николаевна. – Да и с какой стати? У них нет личной заинтересованности в успехе этого дела. Я же готова заплатить вам. – Она назвала такую сумму, что Роман едва не присвистнул. За такие деньги он был готов сотрудничать с кем угодно. – Причем договориться хочу именно с вами, а не с агентством, на которое вы работаете. Чем меньше людей будет знать об этом, тем лучше.
– А чем так важен этот венец? – поинтересовался Кукушкин.
Решетникова открыла черную кожаную сумочку, лежащую у нее на коленях, и извлекла из нее несколько больших черно-белых фотографий, на которых украденный венец был снят с разных ракурсов. Вид у артефакта был необъяснимо зловещий. Корона, будто выточенная из черного хрусталя, с резной маской и острыми изогнутыми шипами.
– Венец Тьмы, – торжественно провозгласила Зинаида Николаевна.
