– Сколько раз тебе повторять? Я не псих!
– Мне плевать на то, что тебе там померещилось, но, если ты еще хоть раз выкинешь нечто подобное, я тебя насильно к психиатру доставлю!
Решетников резко отпустил Перелозова, и тот начал одергивать пиджак.
– И все же я ее видел. И никто меня не разубедит! Можешь верить или нет, но, раз уж она объявилась… то и к тебе наведается. Ведь вас столько всего связывало, – ядовито бросил Константин Аркадьевич. – Я даже удивлен, что первой она явилась ко мне. В последние месяцы мы с ней практически не разговаривали… А теперь она тут!
– Ты сам себя слышишь? – холодно поинтересовался Владимир.
– Утверждаешь, что по музею разгуливает покойница, похороненная несколько лет назад? Еще одно слово, и я в самом деле сдам тебя в психушку.
Степан и Егор за тележкой снова ошеломленно переглянулись.
– Постарайся успокоиться, – уже гораздо тише добавил Решетников. – Может, у тебя стресс после ограбления? Возьми выходной, съезди куда-нибудь за город…
– Нет уж! Если Анжелика, или что бы там ни было, достала меня здесь, то и в любом другом месте достанет.
К тому же у меня сейчас действительно столько работы… – устало вздохнул Константин Аркадьевич. – Может, ты и прав, и мне мерещится невесть что… Ладно, пойду к себе. Неплохо бы просмотреть записи с камер слежения. Если за мной вчера кто-то гнался, то он должен был попасть в объективы.
– А вот это хорошая мысль, – одобрил Решетников. – Давай прямо сейчас сходим в офис службы безопасности.
Они вышли из хранилища.
– Слыхал? – удивленно спросил Егор, когда голоса в коридоре стихли.
– За ним вчера умершая жена по музею гонялась?
– Бред какой-то, – хмуро ответил Степан, вставая с пола. – Перелозов – конченый псих, я тебе еще вчера об этом говорил. А может, перебрал на вечеринке, вот и увидел невесть что… Ладно, это не наше дело. Сами разберутся. А теперь берись за тележку. Пора продолжать работу, а то время не ждет."
"И они начали толкать тяжелую тележку с ящиком к дверям склада.
Глава 19
Демоническая красота
Просмотр видеозаписей с музейных камер слежения ничего не дал.
Константин Перелозов и Владимир Решетников несколько раз перемотали запись, сделанную ночью на третьем этаже, пытаясь рассмотреть хоть что-нибудь в темноте выставочного зала. Но Перелозов видел только свой убегающий силуэт. Больше в полумраке между высокими витринами не было видно никакого движения.
Разозлившись, Владимир Решетников снова обругал его последними словами, а затем покинул музей.
