– Звучит странно, да? – спрашивает он.
Что он еще ничего не распаковал? Очень странно.
Я переворачиваюсь на спину, не убирая руки из-под головы.
– Понимаю, с возрастом нам хочется избавиться от каких-то вещей. Но ведь с тех пор, как ты переехал сюда, твоя жизнь не остановилась, – говорю я. – Но в доме так и не появились личные вещи. Ни фотографий из мест, в которых ты бывал, ни безделушек, которые находил за эти годы…
– Да, знаю…
Пайк снова замолкает, затем вздыхает, и от этого звука по спине пробегают мурашки.
Хотелось бы мне сейчас увидеть его лицо, по голосу невозможно распознать все его эмоции. Я могу лишь представить, как он иногда опускает глаза, будто не хочет, чтобы кто-то знал, что он чувствует, или как кивает, словно боится, что кто-то осудит его за сказанное.
– Коул занял самое важное место в моей жизни, – наконец признается Пайк. – И в какой-то момент я понял, что уже не имеет значения, кто я и о чем мечтал."
"Я отчасти понимаю его. Когда появляются дети, все свои надежды вы возлагаете на них.
Поэтому ваша жизнь отходит на второй план, а на первый выходят их нужды. И я согласна с этим.
Но Коул уже взрослый, и Пайк давно живет сам по себе. Так на что он тратит свое свободное время?
– Мне бы хотелось увидеть, что ты прячешь в подвале, – говорю я. – Если ты когда-нибудь решишь распаковать те коробки, я с радостью помогу тебе.
– Нет, все в порядке.
Я хмурю брови от такого быстрого ответа.
– То есть ты даже не дашь мне посмотреть старые школьные альбомы, чтобы я убедилась, что вы с Коулом похожи как близнецы? – дразню я.
Он издает тихий смешок.
– Боже, ни за что. Не хочу вспоминать время, когда единственной важной вещью считал укладку волос.
Я ухмыляюсь, но он, конечно, этого не видит. Интересно, в старшей школе у него была постоянная девушка или он менял их словно перчатки, как делал Коул до меня?
Помню, он как-то сказал, что отец изменял матери, но почему-то до сих пор не верю в это.
– Дело в том, Джордан, что в молодости можно совершить очень глупые поступки.
И мне не хочется вспоминать то время, – объясняет он. – А хочется двигаться дальше.
Вот только со стороны кажется, будто ты стоишь на месте.
– Тебе нужно добавить остроты в жизнь, – укоряю я. – Тебе нужна женщина.
– Конечно, а тебе пора вернуться к твоим друзьям, – парирует он.
Я смеюсь.
– Да ладно тебе.
– С чего ты решила, что у меня нет женщины, Джордан? – в его голосе слышится усмешка, и эти нотки пробирают меня до костей.
У меня тут же пересыхает во рту.
