Кладу ключи со старомодными округлыми брелоками на стойку, затем распечатываю договор.
– Бассейн закрывается в десять, – уведомляю я. – Автоматы для льда и со снеками стоят между зданиями, а через дорогу есть прачечная. – Посмотрев на него, указываю ему за спину. – Стойка регистрации работает круглосуточно. Обращайтесь, если вам что-то понадобится. С вас двести восемь долларов сорок два цента, пожалуйста.
Но когда кладу на стойку договор и поднимаю глаза в ожидании его ответа, то вижу, что он даже не слушает меня. А смотрит на неоновую вывеску справа на стене в виде цитаты, написанной от руки: «Ну, они ничтожества по сравнению со мной и Билли…»
Строгое выражение его лица внезапно сменяется легкой улыбкой и удивлением вперемешку с замешательством, будто в его голове всплыло приятное воспоминание.
Я перевожу взгляд на вывеску. Одержимость Дэнни музыкой девяностых годов – настоящее проклятие для меня на протяжении всего лета. Это цитата из песни Шерил Кроу, но я никогда не спрашивала подругу, что она означает, потому что знаю: она тут же врубит песню, заставляя меня страдать.
– Сэр! – зову я.
Мужчина моргает и поворачивается ко мне, медленно возвращаясь к реальности.
– Вы в порядке?
Он трясет головой и снова открывает бумажник.
– Сколько я должен?
– Двести восемь долларов сорок два цента, – повторяю я.
Он протягивает мне трехсотдолларовую купюру, и, хотя мы не принимаем купюры больше пятидесяти долларов, меня так нервирует огромная пачка в его бумажнике, что я решаю не возмущаться, молча забираю деньги и отсчитываю сдачу.
В ожидании документов мужчина барабанит пальцами по стойке, и через мгновение я понимаю, что он отбивает ритм песни The Distance группы Cake, которую включила Дэнни в вестибюле.
– О, не делайте этого, – протягивая сдачу, шучу я. – Этим вы поощрите владелицу. А я так стараюсь убедить ее, что этот плей-лист отпугивает клиентов.
Он забирает деньги и смотрит на меня.
– Музыка девяностых – лучшая. Это было время, когда люди говорили правду.
Я хмурюсь, но решаю не спорить.
Он явно курил ту же гадость, что и она.
– Спасибо, – хватая ключи, благодарит он.
Я возвращаю ему удостоверение и провожаю взглядом, пока он не скрывается за дверью.
Выйдя на улицу, он раздает ключи от номеров всем дамам, и через мгновение они расходятся по комнатам. Меня так и подмывает подойти к окну и посмотреть, отправится ли в его номер какая-то из них. Или сразу все пятеро. Очень любопытно.
– У нас новый постоялец? – спрашивает Дэнни у меня за спиной.
