Ее взгляд прикован к полу, и не думаю, что она смотрела на меня с прошлой ночи, когда я рассказал, почему позвонил Коул. Мне пришлось сегодня отправиться на работу, а она вышла на дневную смену в баре, но потом, пока я доводил до ума ее машину, Джордан молча перенесла свои вещи в общую ванную и отсиживалась в своей комнате. Мы практически не разговаривали.
Я смотрю на Линдси и ее ярко-красную помаду, которая подходит по цвету к ее кружевному лифчику, выглядывающему из-под черного шелкового топа. Лет двадцать назад на каких-то пять минут она показалась мне сексуальной и уверенной в себе, но теперь я не назвал бы ее даже привлекательной, потому что прекрасно знаю, что у нее внутри.
Надеюсь, мне не придется терпеть ее дольше одной-двух ночей. Коул переехал к ней несколько дней назад, но она решила поменять окна в квартире, поэтому им нужно где-то переждать, пока рабочие все закончат.
– Ты можешь уединиться в любом отеле города. Я даже предложил оплатить номер, – напоминаю я.
– Пап, перестань, – подходя к холодильнику за содовой, бормочет Коул.
Он смотрит на Джордан, но она все так же старательно отводит взгляд.
В кухне повисает неуютная тишина.
– Ну, если не хочешь делить комнату с Коулом, – прочистив горло, начинаю я, – то остается лишь подвал.
– А что случилось со второй спальней? – спрашивает Линдси.
– В ней живет Джордан.
– Она вообще не должна жить здесь, – чуть ли не шипит моя бывшая. А затем поворачивается к Джордан. – Не могла бы ты поспать в одной комнате с Коулом и уступить мне свободную спальню?
– Это больше не свободная спальня, – выпаливаю я, чувствуя, как начинает колотиться сердце.
– Теперь это ее комната.
Какого хрена…
– Да это же просто смешно, – Линдси пристально смотрит на меня. – Я – мать твоего сына, и мне нужна комната, – она вновь поворачивается к Джордан. – Ты же не раз спала с Коулом в одной постели. Так что можешь потерпеть еще одну-две ночи, верно?
Я шагаю вперед и упираюсь руками в кухонный островок.
– Она не будет спать с Коулом.
Они расстались. И несправедливо просить их об этом.
– Это же просто кровать, – вздохнув, говорит Коул. – Думаю, мы переживем, если просто поспим рядом.
Я смотрю на Джордан, ожидая от нее хоть каких-то возражений. Но она ничего не говорит, лишь поднимает глаза и смотрит на меня, будто это случилось по моей вине и она ждет, что я сделаю дальше.
Если Джордан не поддержит меня, мои попытки отстоять ее честь будут выглядеть глупо. Она уже большая девочка.
