Торт на день рождения, кассеты, шутки с Пайком… Меня все еще удивляет, что он вспомнил, что надо задуть свечу и загадать желание. Сердце трепещет в груди, и я улыбаюсь, но тут же одергиваю себя, и на меня накатывает смущение. Ведь мне не следует чувствовать подобное.
Вчера вечером я загадала то же желание, что и в кинотеатре, когда мы с Пайком впервые встретились. Мне понравилось, как я ощущала себя в тот момент, и очень хочется, чтобы так было каждый день.
Пайк делает меня счастливой, какой должен бы делать мой парень.
Очищая очередную картофелину, замечаю, что украдкой слежу за тем, что делает Пайк. А он в этот момент стягивает футболку через голову, засовывает ее в задний карман и вновь тянется за сучкорезом.
Я тут же замираю. Руки опускаются на разделочную доску, а щелканье сучкореза, жужжание газонокосилки у соседей и даже звуки музыки, что играет на кухне, медленно сменяются тишиной.
Золотистая от загара кожа Пайка выглядит нагретой и гладкой, мышцы живота и рук можно легко разглядеть под кожей, что лишь доказывает, как много и упорно он работал.
На шее и мускулистой спине поблескивает пот.
Его длинные ноги прикрывают поношенные джинсы, а футболка, свисающая из кармана, оттягивает пояс… Я облизываю губы, отрываю глаза от его зада и скольжу взглядом по полуприкрытым бедрам.
Каждая мышца его тела напрягается, когда он срезает ветку за веткой, отчего мое дыхание сбивается. Меня даже восхищает то, как джинсы обтягивают его коричневые рабочие ботинки.
Отец Коула очень сексуален. Он много чего умеет, а его тело великолепно, поэтому меня не покидает мысль, какой он в постели.
Снова опускаю глаза.
– О, он просто секси, – слышу я за спиной женский голос.
Я моргаю и быстро оглядываюсь. Кэм.
Она стоит у кухонного островка, небрежно опираясь о гранит. Судя по ее веселому выражению лица, она догадывается, что я не слышала, как она вошла в дом.
Возвращаюсь к картошке, хотя сердце бешено колотится в груди.
Мало того, что я пялилась на чужого мужчину, так еще именно Кэм застукала меня за этим занятием.
– Никогда не видела, чтобы ты так смотрела на Коула, – говорит она.
Как долго сестра там простояла?
– Как так? – выпаливаю я, решив, что лучшая защита – это нападение. – Давай сегодня без нотаций?
Слышу ее шаги, когда она подходит ко мне и встает рядом. Пайк все так же работает, совершенно не обращая внимания на то, что происходит в доме.
– Вам двоим так уютно здесь, – повернувшись ко мне, поддразнивает Кэм. – Он работает во дворе. Ты готовишь.
