В спокойствии Марка, в размеренности его речи было что-то гипнотическое. Он смутно осознавал, что уверенность Паулса проистекает не из реальной оценки положения, а из страстного желания получить то, на что он рассчитывал. Марк не мог отступить, когда они были так близко от цели.
– Сколько осталось до выезда? – спросил Арнольд, и Юрка понял, что эстонец сдался.
– Тридцать минут. Переодеваемся, прячем сумки, убираем следы – и уезжаем.
«Даже если бы всех нас убили, Марка это не остановило бы», – подумал Юрка с озадачившим его самого равнодушием.
"
"Но ему стало почти безразлично, чем все закончится. Он слишком устал.
Вернулся Василий с ключами от машины, бросил в угол пакеты с формой.
– Сейчас поедем к банку, – сухо сказал ему Марк, вставая. – Юр, переодевайся.
Храпов от изумления выронил ключ, и они жалобно звякнули на полу. Василий застыл с открытым ртом, издав невнятный звук.
– Тихо! – шикнул Арнольд. – Марк дело говорит. Умника жалко, конечно. Но если бы он не погиб, то мог бы впутать нас в такое, что мало бы никому не показалось.
К тому же прикрыл нас со всех сторон. Сейчас поедем в банк, все закончим, а потом разбежимся! Все ясно?
Василий был обескуражен. Все происходило слишком быстро и совсем не так, как они запланировали. Бондарева убили… Не то чтобы это сильно огорчило Храпова, но здорово выбило из колеи. Мысли его разбегались, он не мог заставить себя сосредоточиться, подумать о чем-то одном.
Однако Василий привык всегда полагаться на суждения других, и особенно – Марка… Марк всегда знал, что делать.
Это соображение окончательно разрешило его сомнения. Он натянул перчатки, сгреб самый тяжелый мусорный пакет и быстро вышел из дома.
Юрий встал, подумав, что ему надо бы сделать то же самое: перетащить собранный мусор в машину, чтобы в доме не осталось никаких свидетельств их проживания. Но на полпути к двери его остановил голос Марка:
– Ну что, Юрок, все вышло, как ты хотел?
Он непонимающе взглянул на Паулса.
– Их же пристрелили, – усмехнулся тот, кивая на тела под простыней.
– Ты просил Умника об этом? Можешь считать, что он тебя послушался.
Юрка перевел взгляд на красные брызги на стене и почувствовал, как волна острой тошноты подкатывает к горлу.
– Я сейчас, – сдавленно пробормотал он и опрометью бросился в туалет.
Когда Юрий вернулся, вытирая губы, сумок с деньгами уже не было. Марк и Василий ушли. В комнате остался лишь Арнольд, успевший переодеться в форму охранника.
– Где все? – безучастно спросил Юрка.
