— Я возьму чашку?
В горле пересыхает, когда я иду к столу, когда наклоняюсь, чтобы взять чашку и когда возвращаюсь обратно к раковине. Становится не по себе от его внимания, но я отбрасываю это чувство в сторону. В конце концов, он не первый и не последний раз так на меня смотрит. Это ведь нормально.
Помыв чашку, кладу ее на место, отключаю воду, тянусь за полотенцем, чтобы вытереть руки, когда чувствую на животе горячие мужские ладони. Замираю, как есть, с мокрыми руками, сглатываю и молчу, потому что в области шеи чувствую его дыхание.
Я прекрасно знаю, что это Виктор, и мне почему-то ни капли не страшно и не неловко. Только сердце заходится в бешеном ритме, а внизу живота непривычно за последние месяцы тянет.
Он разворачивает меня к себе и усаживает на столешницу рядом с раковиной. Раздвигает мои ноги, протискивается в центр и царапает кожу внутренней части бедра резинкой спортивных брюк. Его взгляд проходится по моему лицу: касается губ, подбородка, спускается ниже к груди и возвращается к глазам.
Я сглатываю, но глаз почему-то не отвожу, а продолжаю смотреть на него. И чувствовать, как волнение смешанное с предвкушением расползаются внутри.
— Я же, блядь, не железный, — рычит, выразительно смотря в вырез моей пижамы. — Я пиздец, как хочу тебя, когда ты такая. Раскрытая, спокойная и дико сексуальная по утрам. Когда одеваешься в откровенную одежду и изводишь меня.
Его голос звучит хрипло и взволнованно. Я сглатываю скопившуюся во рту слюну и не отталкиваю его. Внизу живота ноет и пульсирует, поэтому я непроизвольно ерзаю и пытаюсь сжать ноги, чтобы хоть как-то разрядить обстановку.
Это безумие. То, что происходит сейчас. Я ведь не могу его хотеть, потому что он взрослый, опасный, он… другой. Я не могу его хотеть, потому что люблю другого, но хочу до дикого жара в животе и желания почувствовать его член внутри."
"— И когда смотришь на меня так тоже хочу, — произносит и одним резким движением заводит руку за спину и хватает за шею, вынуждая откинуть голову.
Смотрит мне в глаза, прожигает взглядом и… целует. Терзает мой рот, пробует на вкус, вбивается языком. Я ерзаю и непроизвольно придвигаюсь ближе, упираюсь бедрами в него, чувствую, как в клитор толкается каменный член. Этого хватает для дикого всхлипа, рвущегося из груди, для того, чтобы я обхватила его за плечи. Виктор делает движения бедрами, его член снова ударяет по клитору, и я начинаю дрожать, хватаюсь в агонии за его плечи, дико отвечаю на поцелуи.
