— Я не давал указания протягивать руки.
Охранник что-то бормочет, но меня отпускает, убирает руки и позволяет самой выйти из авто. Я же шокировано смотрю в сторону дома, но так никого и не вижу. В том, что это не Марк, я уже успела убедиться. Его голос я узнаю из тысячи, а этот я слышала впервые в жизни.
Когда меня ведут к дому, я наконец встречаюсь с мужчиной взглядом. Ему около пятидесяти, не меньше. Его волосы покрыты сединой, глаза смотрят на меня изучающе, а губы сжаты в тугую полоску. Я перевожу взгляд на квадратный подбородок с ямочкой посредине, на небольшую щетину, и вдруг понимаю, что мужчина хоть и в возрасте, но все еще привлекателен.
— Здравствуй, Ева, — он делает шаг ко мне и выступает из-за колонны, в которой все это время скрывался. — Знаю, у тебя множество вопросов. Почему тебя привезли, к чему такая жестокость, — он вздыхает. — Мне жаль тех людей, но так просто они бы тебя не отдали и через несколько дней произошло то же самое, но только тогда ты бы оказалась в руках того, от кого носишь ребенка.
— Зачем я вам? — тихо, но решительно, потому что пока меня сюда везли, я мысленно приготовилась к тому, что меня оставят у Марка, но его здесь и близко нет.
— Видишь ли, — начинает мужчина и подталкивает меня к дому. — Что Марк, что Руслан жутко надоели своим соперничеством. Из-за них полезло множество действительно хороших ребят. Я хочу это прекратить, но пока ты там скрываешься, они здесь спускают собак друг на друга и убеждают криминальных авторитетов встать на их сторону.
— И зачем же я вам?
— Я хочу прекратить их павлиньи бои, — с усмешкой произносит и проводит меня на богато обставленную кухню, помогает сесть за стол и уже через минуту прислуга ставит передо мной сытный обед и кружку горячего чая. — Я забрал тебя оттуда, чтобы ты сказала мне, чего хочешь. Кто тебе, все же, ближе. Руслан или Марк?
— Марк избивал меня, — замечаю. — А кто вы такой?
— Я один из тех, кого они уговаривают, — он усмехается. — Только вот… мне абсолютно наплевать, кто из них прав, кто виноват.
Руслан мне нравится, потому что за него ручался мой приятель, Марк же… он сложный человек. И он позволил себе поднять руку на беременную женщину. Я не могу вести дела с таким человеком, но если ты решишь, что готова жить с отцом ребенка, конечно, поддержу.
— Я не хочу к Марку, — бросаю в сердцах.
— Ну-ну, спокойнее, — произносит мужчина и садится рядом. — Давай просто поедим, а дальше будем смотреть. В любом случае до самих родов ты останешься у меня.
