Всю неделю, стоило мне зайти в университет, она тут же начинала рассказывать мне про эту стремную вписку, описывая в красках, как там будет круто, и кто там будет, и как было бы здорово туда попасть. Хотя я знаю истинную причину, по которой она так рвалась туда. За два года нашей дружбы Кочетова ни разу не изъявила желания посетить подобное мероприятие, а тут ее словно подменили. Стоило какому-то тупому мажору посмотреть на нее и пару раз спутать фамилию, как она уже не мысленно примеряла свадебное платье.
Но происходило что-то очень странное.
Державин всю неделю то и дело подмигивал ей, садился во время общих лекций перед нами и спрашивал “как дела”, пусть даже и не дожидаясь ее ответа. Но это ничуть не смущало Ладку. Она смотрела на него щенячьими глазами, забывала дышать, когда он оказывался рядом, и густо краснела, стоило ему мазнуть по ней взглядом. Ну и, конечно, он сегодня не забыл напомнить лично “Кочетковой”, что ждет ее на этой проклятой тусовке.
Меня же бомбило не столько от этой нездоровой активности, сколько от реакции Лады на нее.
Никогда бы не подумала, что этот придурок может интересовать ее. Ведь в нем кроме папиных денег, гонора и ущербных дружков ничего и не было. Да, возможно, и пряталось в нем что-то хорошее, но я этого в упор не видела, да и не горела желанием разглядывать. Лишь пафос, понты, непомерное самомнение и дурной вкус, вот и все из чего состоял Пётр Державин.
– Пятница самый оживленный день с самыми щедрыми чаевыми, – продолжила я разговаривать с подругой, будто с маленьким ребенком.
– И ты предлагаешь мне пропустить работу, помогающую нам с мамой платить по счетам, оплачивать ее лечение и мою учебу, ради чего? Ради какого-то…
– Прости, – перебила меня Конопатая. – Просто первый раз нас куда-то позвали. И мне правда интересно, как все эти мажорские вечеринки выглядят изнутри, – шумно выдохнула.
– Лад, плохо они выглядят. Точно так же, как пьяные посетители нашего ресторана, только еще хуже. Во множество раз хуже, – не нравилось мне ее упорство.
– Да, наверное, ты права… – как-то равнодушно проговорила она.
– Только не вздумай поехать туда одна! – почему-то до этого момента я даже не рассматривала вариант, что эта дурёшка может решиться отправиться в логово разврата в одиночку.
– Нет, что ты! – нервно захихикала она. – Я ж не совсем ненормальная.
– Хорошо. Надеюсь на твое благоразумие.
– Как скажешь, мамочка, – пропищала она. – Ну, ладно. Если вдруг что-то изменится, звони.
