И кайфует, когда со свидания ее выдергивает, и пока ее ухажер ждет за столом, он ее в туалете имеет.
– Больной, – потер надбровные дуги.
– Ну знаешь, бро, она в этом плане любой твоей соске форы даст. Как только Дэн найдет кого посвежее, с кем адреналин будет так же зашкаливать, и давать она при этом будет не хуже, тогда и отпустит ее. А пока мальчик развлекается.
– Мальчик развлекается… – повторил за ним, думая, что явно там не просто адреналин. Зацепила его Олечка. – Чудеса просто. Полный клуб телок, а он вызванивает милфу, что уже успел опробовать всеми различными способами.
– Вообще пох, – откинулся на спинку дивана Мик.
– Ты почему здесь, а не развлекаешься с остальными? – не хотел сейчас ничьей компании, даже Михи. И самое паршивое, что в этом оказалось стремно признаться даже самому себе.
– Поговорим про субботу, – посмотрел на меня Мик, не поднимая головы со спинки дивана.
– Нечего разговаривать. Все решено. Участвую, – крутил бокал с колой, поставив его на колено, рассматривая, как разноцветные лучи пронзают стекло.
– Есть сведения, что место уже слили, – понизил он голос. – Будут караулить.
– Похуй! Пусть сначала поймают, – гонки – то немногое, что вызывало у меня хоть какие-то эмоции. И если там появятся менты, то тусовка станет еще веселее. Гоняясь с копами, получаешь такой выброс адреналина, что потом обычные заезды воспринимаются детскими каруселями.
– Что старику скажешь, если засекут? – Мик внимательно следил за выражением моего лица.
– То же, что и всегда. Если хочет кого-то воспитывать, то для этого у него хватит дочерей, с ними еще не все потеряно.
Да там и жен при желании тоже можно воспитать. А меня уже поздно контролировать.
В последнее время то, что думал отец, меня волновало меньше всего. И если он мной недоволен, то это его личные проблемы. Я не собирался оправдывать его ожидания. Не для этого, блядь, рождался. А списком с перечнем того, каким должен быть идеальный сын Державина Эдуарда Михайловича, пусть подотрется.
– Перешел в открытые контры? – Гордей придвинулся к краю дивана, приняв трубку у парня, принесшего кальян.
– Решил обсудить мои отношения с отцом? – посмотрел на него и хмыкнул. – Так, может, и твои дела обсудим?
– О чем ты? – выдохнул дым Мик, смотря прямо перед собой.
– О том, почему уже неделю живешь у Дэна, – смотрел на него и не понимал, что, блядь, за хуйня творится. – Мне ни слова не сказал. Что происходит, бро?
Мик самый мой, мать его, близкий друг. Мы с пеленок вместе.
