Его брови взлетают вверх от удивления, когда он замечает нас. Представляю эту картину. Бурый лежит на полу, я сижу на его бёдрах, а его руки крепко держат меня за талию. И эти наглые руки начинают ползти вверх.
— Свали! — даже не поднимая головы, говорит Бурый Року.
— Понял, — тут же отзывается мужчина и закрывает дверь.
— Руки убери! — цежу сквозь зубы.
Бурый нагло улыбается. Его ладони накрывают мои груди и мягко сжимают. Я задыхаюсь от возмущения. В ту же секунду чувствую, как в ягодицы упирается что-то твёрдое.
Ёрзаю. Бурый рычит и снова хватает меня за бёдра.
— Замри, кукла, иначе реально прямо на полу разложу.
— Зачем так грубо? — возмущаюсь я.
— Ты по-другому не понимаешь!
— А ты пробовал?
— А ты не много базаришь? Я для твоего рта быстро занятие найду.
— Я…"
"Открываю и закрываю рот, не в состоянии подобрать слов. Быстро понимаю, о каком занятии идёт речь, и поджимаю губы. Молчать. Нужно молчать.
— Кстати, охуенный вид, — вдруг говорит, Бурый.
Я хмурюсь. Не понимаю, о чём он.
— Любишь быть сверху? — спрашивает он, подаваясь бёдрами вверх.
Я даже чуть подпрыгиваю, поэтому теряю равновесие и распластываюсь по груди мужчины. Упираюсь руками и пытаюсь подняться, но мне не дают. Секунда, и уже я лежу спиной на полу, а Бурый нависает сверху.
У меня губы в момент пересыхают от волнения. Провожу по ним языком и, кажется, допускаю ошибку. Зрачки Бурого расширяются, заполняя радужку чёрным.
— Ты — не кукла, ты — ведьма, — рычит он мне практически в губы.
Это хрипотца в его голосе вызывает дрожь во всём теле. Его губы так близко к моим. Поцелует или нет?..
Глава 9
Бурый не целует. Выдыхаю то ли разочаровано, то ли облегчённо, когда он отводит голову чуть в сторону и вдыхает мой запах у основания шеи. Борода щекочет чувствительную кожу, вызывая мурашки.
— Охуенно пахнешь, — тихо говорит он. — Духи не вздумай менять.
— Мгм, — бормочу невнятно.
Делаю судорожный вдох, когда огромная ладонь Бурого мою грудь накрывает, сминает.
Да сколько можно меня лапать? Разум кричит от недовольства, а вот тело… Тело меня предаёт. В который раз предаёт и плавится под умелыми ласками. Чувствую, как твердеют соски. Жар приливает к щекам.
Это кошмар какой-то! Он ведь тоже это чувствует. Бурый хмыкает довольно, медленно опускает кружево бюстгальтера, высвобождая налившуюся грудь. Он смотрит мне прямо в глаза, а сам опускается к соску и проводит по нему языком. Прикусываю губу, чтобы не издать стон.
