Книга Любовь до востребования — читать онлайн бесплатно полностью

Со своей стороны я тоже стараюсь быть ей полезен, подкармливаю, если нужно – защищаю. А ещё она, как никто до неё, умеет слушать. Иногда, понимаешь ли, хочется выговориться, но у каждого человека или оборотня есть и своя жизнь, свои беды и неприятности, поэтому про чужие им слушать не интересно. А волчица никогда не перебивает, не переводит разговор, не отворачивается. Я вижу, что она слушает, сочувствует, негодует и поддерживает. Здесь это дорогого стоит. Думаю, твоё наказание даст нам много полезного. Я стал спокойнее воспринимать случившееся, вижу, сколько сам наломал дров.

Мужчина помолчал, отвернув лицо от жаровни, потом потянулся, подкинул пару небольших веток, и несколько минут оба безмолвно наблюдали, как огонь голодными языками уминает угощение.

- Ольга же, - Илья снова взял паузу, собираясь с мыслями, - украла сердце моего волка и устроила из моих мозгов калейдоскоп. Я с ума сходил от ревности и желания пометить, утащить и… Но сейчас, когда у меня нет связи с Севером, я больше не ощущаю болезненной тяги и не уверен, что хочу её вернуть.

Потом, ты не знаешь – я обидел её. Вернее, Север, но по моей вине.

Мужчина опять подкинул в жаровню веток, а потом вдруг засуетился, вставая.

- Сейчас снега в чайник наберу, что зря топливо жечь? Вскипятим чаю.

Отец не протестовал, не отказывался. Спокойно дождался, когда сын вернётся, подвесит за крючок над жаровней закопченный чайник и продолжит разговор.

- Мне раньше никогда не доводилось наказывать самку. Наверное, наши предки были мудры, установив закон, по которому пороть провинившуюся волчицу должен только её муж.

Пока самочка щенок, поддать ей за выдающееся поведение могут и отец, и мать, а как только входит в возраст подростка, физические воздействияот противоположного пола запрещены. Всегда удивлялся, почему волчице меняют наказание, если она не состоит в паре – волка выдерут, а суку отправят на хлеб, воду и усиленные работы.

- Теперь ты знаешь, - негромко бросил отец.

- Да, теперь я это знаю, - кивнул Илья. – Вид обнажённых ягодиц, красные отпечатки на коже, извивающееся тело в руках, запах возбуждения и боли – думал, что схожу с ума.

Алина сначала кричала и дергалась, но в какой-то момент всё пошло не так – моя рука, вместо того, чтобы продолжить бить, принялась гладить, губы сами потянулись подуть и поцеловать, язык…

Волк выдохнул сквозь стиснутые зубы, отвернулся. Помолчал.

- В общем, потом она тоже кричала, но уже совсем не от боли. Мы завелись так, что я думал – задымятся даже стены.