Лицо его посуровело, синие глаза обожгли меня холодом.
– Нет. Любви не существует. Очередная сказка для наивных принцесс, – ровным тоном ответил он. – И готов поставить сотню, что ты одна из них. Я сразу раскусил тебя, ты можешь говорить все, что угодно, но я вижу тебя.
Я скользнула кончиком языка по нижней губе, Уилсон лениво проследил за этим.
– И что же ты видишь?
– Что ты по-прежнему хрупкая, все еще пугливая и опасающаяся риска.
– Но это не так, – возразила я, наверняка покраснев от гнева.
– Докажи, – с вызовом бросил он, а затем коснулся губами моего уха: – сними с себя трусики и засунь их в мой карман.
Я сглотнула вязкую слюну, отстраняясь от него и чувствуя легкую панику внутри, однако я не могла позволить ему выиграть.
Его самодовольное выражение лица заставляло меня краснеть. Но, глядя прямо в потемневшие глаза, я запустила руки под юбку и, переминаясь с ноги на ногу, начала стягивать с себя трусики. Уилсон наблюдал за мной с азартом в глазах. Черное кружево упало, восьмеркой путаясь у ног.
Я аккуратно переступила через него и подняла с пола. Приблизилась к Рэю и коснулась его уха губами так же, как сделал он минутой ранее:
– Раз за разом ты совершаешь одну и ту же ошибку. Предупреждаю тебя в последний раз, не играй со мной, Рэй, тебе это не по зубам, – предупредила я, а затем подошла к Далласу и сунула трусики в карман его джинсов.
– Потанцуем, хоккеист? – спросила я, поглаживая кончиками пальцев татуированное предплечье защитника «Королей». Даллас напрягся, затем взглянул на Уилсона, сообразил, что происходит, и немного деревянно кивнул.
Он обвил мою талию и повел меня на танцпол, я прижалась к нему, ощущая под футболкой тепло и огромные твердые мышцы. Обернувшись, поймала на себе взгляд Уилсона: Рэй был не просто зол, он сгорал от ярости. Желваки двигались на его лице, а тело было напряжено, как у льва перед атакой. И я не могла перестать ликовать из-за этого."
"Даллас бесцеремонно расположил руки на моей талии, обхватывая ее практически полностью, его касания ощущались гораздо тяжелее, чем невесомые, но уверенные прикосновения Уилсона.
Даллас в целом был полной противоположностью Уилсона: Рэй передвигался с кошачьей грацией, Даллас же по комплекции и резким движениям больше напоминал медведя.
Белл медленно управлял моим телом под музыку, а я позволяла это делать, ведь знала, что Уилсон смотрит, кроме того, за то недолгое время, что нам довелось находиться в одной компании, я поняла, что Далласа не стоило опасаться.
