Знал, что делает мне больно, но ему было все равно. Я чувствовала давление, обручем сковавшее мою голову, глаза защипало, но я с силой сжала руки в кулаки, впиваясь длинными ногтями в кожу ладоней. Синие глаза нашли мои, от прямого взгляда, пронизывающего до позвонков, я потеряла способность дышать. Уголки его губ поползли выше.
Я не смогу рассказать ему правду, потому что он уже все знал.
Рэй что-то шепнул блондинке рядом с ним, от чего та захихикала, а затем встал на ноги. Девушки продолжили веселиться, словно ничего не произошло, некоторые перешептывались, косясь в мою сторону.
Уилсон потянулся, разминая мышцы, а затем подошел к небольшому деревянному столу, чтобы взять новую бутылку виски. Открутив крышку и отбросив ее в сторону, он сделал несколько больших глотков, даже не поморщившись, словно пил обычную воду. Небрежно утерев рот тыльной стороной ладони, он довольно улыбнулся, цепляясь взглядом за мое лицо.
– Стоун, надо же, а я не думал, что ты придешь сегодня, но мы все равно рады тебе, – громко сказал он, обращая ослепительную улыбку своим гостьям, и они словно по команде, захлопали и засвистели.
Все внутри меня сжалось от неловкости и тревоги. Ноги словно вросли в дорожку, усыпанную мелким темным камнем. Рэй был так пьян, что едва держался ровно. Из-за меня.
– Где Эва и миссис Уилсон?
– Это то, зачем ты пришла? Выяснить, где сейчас находится моя семья? – Он снисходительно улыбнулся, от чего по моим ребрам словно провели ржавым гвоздем. Пренебрежения, отвращения и злости в его взгляде было в избытке, и он даже не пытался прятать это.
– Я решил, что им лучше отправиться в СПА-центр на эту ночь. Ну, сама понимаешь, им не следует слушать… лишние звуки.
Я покачала головой, чувствуя, как глаза наполняются слезами, и в этот раз не могла контролировать это, как бы сильно не сжимала кулаки. Мне нужно было все объяснить ему, но я едва могла складывать буквы в слова.
– Пожалуйста, прекрати, – попросила я, когда он оказался рядом.
– Прекратить что?
Набравшись смелости, я осторожно обхватила его бицепс.
Хотя, обхватила – не совсем точное определение моего действия, ведь чтобы сделать это, потребовались бы пальцы в два, а то и три раза длиннее моих.
– Этот спектакль. Давай поступим по-взрослому и просто поговорим."
"Уилсон действительно задумался над моими словами, театральная усмешка пропала с его лица, а брови сдвинулись к переносице. Мне показалось, что в затянутых обидой и ненавистью синих радужках я смогла разглядеть огонек здравого смысла.
