Кирби Стоун, которая только и делала, что фыркала и закатывала глаза при виде меня в предшествующие этому разговору недели, верила в меня сильнее моей собственной семьи. Она считала меня другим, она видела меня насквозь, и тогда я впервые за последние несколько лет подумал, что не со всеми людьми мне следует держать дистанцию.
И тот факт, что предложение поступило от журнала, в котором она работала, – просто совпадение, не так ли?
Дерьмо!
Я расталкивал танцующие парочки в стороны, не чувствуя ничего, кроме тошноты, подступившей к горлу.
Где же она? И почему здесь так жарко, черт подери?
Не делай поспешных выводов.
Она говорила, что я плохая ставка, а затем вдруг так легко согласилась спать со мной без обязательств.
Я подозревал ее и из-за этих сомнений был зол сам на себя.
Стоун ведь уже моя, она живет в моем доме, она проводит дни, вечера и ночи в моих объятиях, она рассказывает мне о том, что важно для нее, она начала учить язык жестов для моей сестры, мне показалось, что она даже с мамой моей нашла контакт, так как я могу подозревать ее в том, что все это было ради какой-то съемки в журнале?
Я остановился у выхода, тяжело привалившись к стене.
Пульс в висках стучал так сильно, что разболелась голова, мой лоб покрылся испариной, пришлось расстегнуть еще несколько пуговиц на рубашке. Внутри меня бурлило нечто темное и обжигающее. И да, здравый смысл не затыкался, поэтому мне хотелось его заткнуть. Парой бутылок виски, например.
Мое сознание всегда обманывало меня, подбрасывая самые ужасные варианты предполагаемых событий.
Это было моей проблемой с детства, я легко додумывал то, что мне было недосказано, видел то, чего не было на самом деле. Затем я так же быстро приходил в ярость. Но сейчас я не стану следовать навязчивым мыслям.
Я направился в коридор, соединяющий холл и комнату для курения, прошел всего несколько метров, прежде чем услышал ее голос:
– Послушайте, я очень уважаю вас и тепло отношусь к журналу…
Я встал у стены так, чтобы меня не было видно. В коридоре было двое: Кирби и ее начальница.
Из главного зала доносились приглушенные звуки музыки, но это не мешало мне слышать их разговор.
Начальница Кирби тихо рассмеялась:
– Это видно, твое упорство и талант поразили меня, Стоун. Ты сделала то, что мы считали невозможным, и это похвально. Рекламная компания с тем хоккеистом имела ошеломительный успех. Это приведет журнал к новым высотам, и все благодаря тебе.
Я отшатнулся от стены, не в силах поверить собственным ушам.
