– Но он так спокоен…
– Потому что это его работа, а работу он любит.
Отец был рожден для этой деятельности. В школе играл в футбол и даже метил в НФЛ[3], но ничего не вышло. Травма навсегда закрыла для него возможность реализоваться в большом спорте. Однако он не стал впадать в отчаяние.
Мэтт Кейн был из тех людей, которые изначально выстраивают для себя несколько путей. Все началось с юридического, а затем он освоил еще и направление спортивного менеджмента. Способность видеть людей, читать их как открытую книгу, умело манипулировать и давить своей уверенностью сделали из него того, кем он являлся.
Профессионалом с железной хваткой.
Отец был моим примером. Трудоголик до мозга костей, он не видел перед собой препятствий и проблем, в его понимании это были сложности, которые всего лишь требуют для разрешения чуть больше времени.
– Почему ты избегала меня в последнее время? – прямо спросила Митчелл.
– Навалилось слишком много работы. К тому же хотелось провести время с папой, в последний раз мы виделись в июле, – и глазом не моргнув солгала я.
Почему же я на самом деле избегала Перри? Не знаю, возможно, предчувствовала скорую аварию и не хотела увеличивать круг пострадавших."
"– И это никак не связанно с… Уилсоном? – вскинула бровь она.
Мой взгляд долго скользил по оранжевой толстовке и маленькой цепочке с рубином на ее шее, а затем поднялся к глазам Митчелл, которые сказали мне все. Она спрашивала о разрыве, а значит, Рэй рассказал об этом Максу, или Далласу, или сразу Перри.
Трепло.
– Погодите, Уилсон? Тот хоккеист, которого ты заперла на втором этаже виллы на свадьбе Перри? – удивилась Лола.
– Именно, – вздохнула я. И наверняка мой вздох сказал им обеим о многом, Перри так точно. Думаю, я одна из немногих, кто видел ее насквозь.
Я не была болтливой, именно поэтому Лола ни о чем не знала. И, сидя в кругу своих самых близких подруг, я наконец решила выговориться. Я рассказала обо всем, что произошло после свадьбы, упуская одну маленькую деталь, связанную с работой.
Лола, услышав это впервые, едва не уронила свою челюсть на столешницу барного острова.
– Почему ты выставила его в тот день? Я думала, у вас все хорошо, – осторожно спросила Перри.
Потому что лгала ему и своим близким? Потому что в прошлом он уже разбил мне сердце? Потому что я была самым отвратительным человеком на планете? Можно было выбрать любой ответ.
Я проснулась среди ночи от сильнейшего спазма в животе, к коже прилил жар, однако я едва не дрожала от холода.
