– Так вы переспали, и она выставила тебя? – продолжал спрашивать Даллас.
– Мы просто спали. Мы… спали рядом, и с ней было так удобно, хорошо, она теплая…
– Все девушки теплые, Рэй, – прервал мою речь Макс. Он встал за спиной Перри, которая запрыгнула на барный стул слева от меня.
Теперь и она услышит все, что не давало мне покоя. Мне стоило сдерживать порывы, но я не мог.
– Она сказала, что наш договор был ошибкой, что это простая интрижка, которая мешает ей, но я не считаю так. Дьявол, я не ошибка, и она никогда не была для меня ошибкой, – горько выплюнул я.
Каждое ее слово преследовало меня все эти дни. – Никогда бы не подумал, что окажусь в гребаной френдзоне.
– Ирония судьбы, не находишь? – поддел меня Белл.
И у меня даже не было сил разбить ему нос. Теряю хватку.
Я повернулся к Перри. Митчелл потягивала малиновую газировку через трубочку. Я не хотел спрашивать, чтобы не упасть в их глазах еще ниже, но она сама прочла интересующий меня вопрос на моем лице.
– Мы не общались с ней эту неделю, она была занята, и я не знаю, что могло произойти, – пожала плечами она.
– Кирби всегда была загадкой, даже для меня. Сколько я ее помню, отношения никогда не имели большого значения для нее. Кирби – карьеристка, самореализация всегда стояла для нее на первом месте. Она стратег, распланировала свою жизнь еще в университете и следует по четко сформированному плану. Драмы – не ее стиль.
– Прекрасно, – фыркнул я, стараясь проглотить ком в горле, перекрывший доступ кислороду к моим легким.
– Драмы не ее стиль? Тогда объясни мне, какого хрена она спала с двумя мужиками одновременно?
– Что? – в один голос произнесли все трое.
– Он вернулся домой в самое неподходящее время, не предупредил ее, и все получилось неожиданно. – Я кивнул бармену на стойку, чтобы он сделал мне еще порцию виски. В новом стакане, ведь старый был разбит. – Пижонистый вид, причесанный и прилизанный, похож на брокера с Уолл-Стрит, на вид не больше сорока, не знаю, он выглядит молодо. Ухоженный богатый ублюдок, который очевидно любит промывать мозги молодым девочкам.
Он называет ее «крошка», – попытался усмехнуться я, но рот свело, и я стал похож на грустного клоуна.
Все веселье и позитивный настрой ребят тоже испарились. Даллас стал мрачнее тучи, и в его глазах я даже разглядел сочувствие. Зверь казался озадаченным. Митчелл нахмурилась, проводя кончиком пальца по запотевшему стакану с малиновой газировкой.
– Ты точно уверен? – спросил Белл.
