Внезапная мысль о том, что эти ноги могли бы сжимать мою голову, удивила меня. Раньше мне не доводилось испытывать подобного.
И вдруг я представил Кирби, раскинувшуюся на кровати, полностью обнаженную и с расставленными ногами. Полная грудь мягко вздымается и опадает, она напрягает бедра, а затем расслабляется. Прикусывает губы в нетерпении, а после выгибает спину, чередуя вдохи со стонами. Ее пальцы сжимают простынь, нет, они сжимают мои волосы, она хочет закрыть глаза, но не может сопротивляться желанию наблюдать за тем, как мой язык скользит между ее ног, играет с клитором, а два моих пальца неторопливо двигаются в ней, растягивая податливую плоть.
Она всхлипывает и ерзает на месте, стараясь держать себя в руках, но раз за разом повинуется желанию и прижимается к моему лицу сильнее. Лишенная всех своих многочисленных масок, полностью в моей власти.
Дьявол!
Я хотел знать, какова она на вкус, хотел исследовать каждый сантиметр ее кожи и наслаждаться ее стонами, зная, что именно я заставляю ее сгорать от удовольствия.
Капельки воды сбегали по ее коже, маня собрать каждую из них губами.
Она прекрасна."
"Всего на секунду я представил, как ее тела касается другой, и мои ребра будто сжали в стальных тисках от жгучего чувства ревности. Ревности к той, от кого я хотел держаться подальше, но не мог. Когда она появлялась рядом, мой мозг отключался, предоставляя право действия кое-чему другому. И я сейчас вовсе не о члене.
Я сжал зубы, вспоминая короткий разговор с Далласом, состоявшийся минутами ранее.
Подловив его у выхода, я решил начать с главного:
– Что вы делали в доме?
– Перебросились парочкой фраз, – пожал плечами он.
– Что именно она тебе сказала?
– Что мой член ей нравится больше, – без тени улыбки выдал он.
Я скривился, лишь на секунду представив ситуацию, после которой она могла бы провести сравнение.
– У тебя не было секса сколько, полгода, год, два? Думаешь, я поверю тебе?
– Может, я решил нарушить свой невольный обет, – а проходя мимо меня, добавил: – или это с ней сделает кто-нибудь другой, пока ты тормозишь.
Даллас хоть и вызывал во мне настойчивое желание выбить ему пару зубов, все же он был прав. Пока я медлю, она ускользает.
– Рэй? Я ждала Далласа, он обещал, что мы поплаваем вдвоем, – холодным тоном бросила она, подходя к деревянному шезлонгу и хватая с него толстовку. Ее слова вызвали настойчивый и противный стук в моей голове.
За ним последовал скрежет.
