Шесть кубиков пресса и привлекательный треугольник косых мышц живота, уходящий вниз, под пояс брендовых брюк, могли с легкостью стать причиной сердечного приступа обезумевшей фанатки, впервые увидевшей его вживую.
Боже, храни Америку!
И мое исправно работающее сердце.
Его тело следовало занести в список объектов всемирного наследия. Поместить на первую строчку, без разговоров.
Вцепившись в пояс его брюк, я замешкалась. Уилсон мягко приподнял мой подбородок. То, что я увидела в его глазах, едва не выбило почву из-под моих ног: величие и надменность.
Он был прав и знал это.
– Не привлекаю, Стоун? – припомнил он мне слова, сказанные у бара.
– Ни капли, – пробормотала я, расстегивая его брюки и стягивая их вниз вместе с боксерами, а затем толкая его в кресло.
Из его горла вырвался поддразнивающий смешок.
Кажется, я совершила большую ошибку, поставив его тело на первую строчку списка объектов всемирного наследия. Это место по праву должен занять его огромный член, припавший к накачанному животу.
Мои ладони защекотало от желания коснуться его. Снова и снова я скользила взглядом по идеальной длине, оплетающим ее венам и розовой головке с выступившей капелькой смазки.
Соберись, Стоун!
Это все дайкири.
Всего лишь член.
Члены мерзкие.
Но не член Уилсона.
Нет. У него тоже мерзкий член. Большой и твердый…
– Самое счастливое место на Земле, – бросил Рэй, кивая вниз. Я испуганно взглянула на Уилсона, на секунды позабыв, что к члену прилагался капитан хоккейного клуба.
– До Диснейленда[1] не дотягивает, – пробормотала я, опускаясь между его расставленных ног и стягивая с него обувь."
"– Что? – не расслышал он, я в ответ лишь дернула головой и избавила его от брюк с боксерами. Уилсон остался в одних носках.
– Эй, зачем ты делаешь это? – спросил он, имея в виду то, что я раздела его практически полностью.
– Не хочу, чтобы нам что-то помешало.
Рэй раздумывал несколько секунд, а затем, не почувствовав подвоха, расслабленно откинулся на спинку кресла, а руки расположил на подлокотниках.
– Давай, покажи, на что ты способна. – Никакого принуждения в сапфировых глазах, лишь вызов. Я скинула с плеч бретельки платья, уперлась коленом в кресло между его ног и нависла над ним с галстуком в руках.
– Я закрою тебе глаза, а затем сделаю так, что этот момент навсегда останется в твоей памяти.
Уилсон нахмурился. Я думала, что сейчас все прекратится, ведь понимала, Рэй не доверяет мне так же, как и я не доверяю ему.
