Веера кислотных брызг, костяной град – ослепший дракон бил по площадям, не надеясь на точность наведения и стараясь ориентироваться на слух и отблески эмоций. Нашу группу он, похоже, как-то выделял из основной толпы, раз за разом сдерживая убийственные выпады, когда под руку попадался кто-то из наемников. И на том спасибо.
– Уходи! В замок! – орал я уже во все горло, с тревогой отмечая, что в списке живых осталась едва ли сотня воинов.
Однако дракон опьянел от смертей, а, может, танец смерти нельзя было прерывать посередине, ну, не силен я в драконоведении.
Костяная ящерица продолжала кружиться вокруг убийственным комбайном, перемалывая сотни и сотни разумных. Впрочем, такая кормежка шла ей явно на пользу. Глаза дракона пару раз мигнули, а затем вспыхнули уже знакомыми мне бледно-зелеными прожекторами.
– Вижу… – пронесся громогласный шепот над полем многотысячной баталии.
– Да вали же! – вновь заорал я. – Птенцы жрать хотят! Домой, кыш, кыш!
– Еще немного… Буквально пара дюжин жизненных искр, и первородная крупинка сердца вновь возродится во плоти…
Хлоп, хлоп, хлоп! Затрещали разряды порталов, выбрасывая белые волны служителей Светлоликого.
Вернулась группа усиления от обиженного Патриарха. И где только набрал такую прорву народу? Сотни две, не меньше. Наверное, все храмы кластера, а то и Друмира стоят сейчас пустые. Знал бы, попросил Кирилла очистить сокровищницу святош… Впрочем, свое добро они без присмотра не оставят даже в день Страшного суда…
Липкие белые жгуты рвались из рук борцов со тьмой и захлестывали дракона.
Тот с легкостью рвал их один за другим, успевая контратаковать и уничтожать также ближайших служителей. Но скорость его стала падать, и вот очередная силовая нить оплела костяное тело, выдержала судорожный рывок и тревожно зазвенела натянутой струной. Поверх нее легла вторая, третья… Минута, и дракон забился в прочнейшей сети, ломая себе кости и все больше запутываясь.
Блин! Я закусил губу и оглядел остатки своего воинства. Едва ли полсотни… Все, отвоевался, хреновый из меня полководец…
Донг! Грянуло в небесах, и перезвон миллионов колокольчиков перекрыл шум битвы.
Макария! Красивая, как никогда, на этот раз с отличным макияжем, сверкающая божественной энергией, как Сверхновая звезда.
