Наконец Келлер обнаружил здание, еще более грязное и убогое, чем он ожидал. Поднимаясь на пятый этаж, он видел, как пьяницы, бродяги и явно преступные типы стоят на пороге своих жилищ или бродят по коридорам, и боялся, что на него вот-вот нападут либо натрясут блох. Келлер проходил между ними быстро, никому не глядя в лицо, преодолевая стремление заткнуть нос, прекрасно осознавая, насколько неуместно выглядят его итальянские замшевые туфли и английский габардиновый пиджак в такой обстановке.
Путь до комнаты Дэнни он проделал, всего опасаясь, а когда вошел, застыл на пороге, не в силах справиться с вонью."
"При свете одинокой лампочки, свисающей с потолка, он увидел, как Индиана склоняется над постелью, обтирая больному лицо мокрым полотенцем. «Мы должны отвезти его в больницу, Алан. Нужно надеть на него штаны и рубашку», — скомандовала она. Рот у Келлера наполнился слюной, к горлу подступила тошнота, но отступать было некуда, нельзя было струсить в последний момент.
Стараясь не запачкаться, Келлер помог Индиане вымыть мечущегося в бреду больного и одеть его. Дэнни был худенький, но в том состоянии, в каком он находился, весил как баранья туша. Вдвоем они подхватили его и потащили, то на руках, то волоком, по длинному коридору, потом по лестнице, ступенька за ступенькой, до первого этажа, под глумливыми взглядами жильцов, которые попадались навстречу. Наконец у дверей дома они посадили Дэнни на тротуар рядом с мусорными бачками; Индиана осталась с ним, а Келлер побежал за машиной, которую оставил в двух кварталах отсюда.
Когда болящий изверг струю черной желчи на сиденье золотого «лексуса», Келлеру пришло в голову, что можно было бы вызвать «скорую помощь», но Индиана эту мысль отвергла: вызов обошелся бы в тысячу долларов, а у Дэнни не было страхового полиса.
Д’Анджело провел в больнице неделю, пока врачи не справились с воспалением легких, кишечной инфекцией и повышенным давлением, и еще одну — у отца Индианы, который вынужден был скрепя сердце ухаживать за больным, пока тот не встал на ноги и не вернулся в свою трущобу и к своей работе.
В то время Блейк Джексон практически не был с ним знаком, но согласился забрать его из больницы после выписки, потому что об этом попросила дочь, и по той же причине приютил его у себя и ухаживал за ним.
