В настоящий момент Райан не может связаться с тобой или с кем-то еще, поэтому передающим звеном буду я. Я тебе дам секретный номер телефона. Набираешь, ждешь, пока он прозвонит три раза, прерываешь связь. Сообщений не оставлять. Я сам найду тебя по звонку. Мне нужно действовать осторожно — за мной следят.
— Кто?
— Твой папа. То есть полиция. Но это не важно, Аманда, я могу их сбить со следа, не зря же я в юности несколько лет морочил голову полиции Монтевидео.
— Ради чего?
— Ради идеализма, от которого давно излечился.
— В старину было легче водить полицию за нос, Педро.
— Не волнуйся, это и сейчас несложно.
— Ты умеешь входить в чужие компьютеры, как хакер?
— Нет.
— А я думала, что ты — кибернетический гений. Разве ты не работаешь с искусственным интеллектом?
— Компьютеры по отношению к искусственному интеллекту — все равно что телескопы рядом с астрономией. Зачем тебе хакер? — спросил уругваец.
— Хорошее подспорье для моей линии расследования. Нам, игрокам в «Потрошителя», весьма пригодился бы хакер.
— Когда придет время, смогу кого-нибудь найти.
— В качестве связного используем моего сыщика. У нас с Кейблом особый код. Кейбл — это мой дедушка.
— Я знаю. Ему можно доверять?"
"Аманда ответила ледяным взглядом. Они чопорно простились у дверей колледжа под пристальным взглядом сестры Сесиль. Шотландка питала особую привязанность к Аманде Мартин: обеим нравились жесткие скандинавские детективы, а в припадке доверия, о котором она впоследствии пожалела, девочка рассказала, что расследует кровавую резню, предсказанную Селестой Роко.
Пожалела потому, что с тех самых пор сестра Сесиль, которая отдала бы любое сокровище за право участвовать в игре, если бы только дети ей это разрешили, постоянно выпытывала, как продвигается расследование, и было очень трудно что-то от нее скрыть или обмануть ее.
— Очень приятный человек этот уругваец, — произнесла она тоном, тотчас же насторожившим Аманду. — Как вы познакомились?
— Через одного друга семьи.
— Он имеет какое-то отношение к игре в «Потрошителя»?
— Что вы, сестра! Он пришел потому, что я должна приготовить презентацию для урока по общественному праву.
— Почему тогда вы шептались? Мне показалось, что между вами есть какая-то тайна…
— Профессиональный порок, сестра. Подозревать — ваша обязанность, правда?
— Нет, Аманда. Моя обязанность — служить Иисусу и воспитывать девочек. — Шотландка улыбнулась, выставив крупные, будто костяшки домино, зубы.
