— Он поставил меня в известность, Педро. Это я во всем виновата, потому что не была с ним откровенна до конца. Думаю, мне было очень плохо после разрыва с Аланом и я ухватилась за Райана, ища у него спасения. Мы были очень счастливы несколько недель, но даже рядом с Райаном я все время думала об Алане и ничего не могла с этим поделать.
— Сравнивала их?
— Может быть… Не знаю.
— Мне трудно поверить, чтобы Келлер от такого сравнения выиграл.
— Все не так просто, Педро. Есть еще одна причина, но я о ней не сказала Райану, его это не касается.
Он возмутился. Сказал, что Алан меня подавляет и мной манипулирует, что я не способна принять разумное решение; что он меня защитит, не позволит наделать глупостей; потом раскричался, стал угрожать, что уладит дело по-своему. Он был сам на себя не похож, Педро; он словно обезумел, как тогда, в клубе Дэнни Д’Анджело, только что не напился. Райан — как вулкан: внезапно взрывается и извергает потоками кипящую лаву.
— Чего ты хочешь от меня, Индиана?
— Пойди к нему, поговори с ним, постарайся привести его в чувство: меня он слушать не захотел, а сегодня не отвечает ни на звонки, ни на письма.
Аларкон был единственным человеком, которому Миллер дал ключи от лофта: уругваец заботился об Аттиле, когда Райан путешествовал; если речь шла о паре дней, он оставался с собакой в лофте, если же хозяин отсутствовал дольше, забирал ее с собой, в свою квартиру. Аларкон нажал на кнопку звонка, потом еще и еще раз и, не получив ответа, набрал код на двери бывшей типографии, на огромном промышленном лифте поднялся на единственный в здании жилой этаж, ключом, который дал ему Миллер, открыл тяжелые металлические двери и сразу очутился в огромном пустом пространстве, где проживал его друг.
Было темно, собака не лаяла, и никто не откликнулся на зов. Педро нащупал на стене выключатель, зажег свет и быстренько отключил сигнализацию, систему защиты, которая запросто могла убить током незваного гостя, и видеокамеры, которые фиксировали малейшее движение и всегда были включены, когда Миллер уходил.
Кровать была застлана, в мойке — ни единого грязного стакана, повсюду армейский порядок и чистота. Аларкон уселся, взял учебник Миллера по информатике и стал читать, ожидая друга.
Через час, несколько раз попытавшись связаться с Миллером по мобильнику, Аларкон спустился к машине, захватил мате и латиноамериканский роман, который начал читать, и вернулся в квартиру.
