Это вывело Миллера из летаргии, поставило на ноги: у него появилась новая задача."
"Мэгги, соседка по «Вифезде», семидесятилетняя вдова, с которой он подружился, играя в покер, пришла к нему на помощь. Ей он обязан другим своим лозунгом: кто ищет помощи, всегда находит ее. То была крепкая старуха с лексиконом и манерами пирата — она двадцать лет отсидела в тюрьме, прикончив мужа, который чуть не переломал ей все кости. Только с этой бабищей, которой боялись все соседи, Миллер мог общаться в тот смутный период своего существования, и она отвечала ему со своей обычной грубостью и удивительной добротой.
Вначале, когда он еще не мог управиться в одиночку, она готовила ему еду и возила по врачам; позже, когда он нажирался до потери сознания или накачивался наркотиками, подбирала с пола, доставляла домой и развлекала, играя с ним в карты и просматривая боевики. Узнав, что приключилось с собакой, Мэгги решила: если пес выживет, Миллер может заполучить его, только если образумится, ведь никто не доверит такого героя человеческому отребью вроде него.
Миллер отказался от программ реабилитации алкоголиков и наркоманов в военном госпитале, как раньше отказался от услуг психиатра — специалиста по посттравматическим синдромам, и Мэгги полностью согласилась с ним: в самом деле, только маменькины сынки прибегают к таким методам, есть другие меры, более быстрые и действенные. Она вылила спиртное в раковину и спустила наркотики в унитаз; потом заставила его раздеться и забрала всю одежду, компьютер, телефон и протез.
На прощание подняла большие пальцы в знак того, что все обернется к лучшему, и заперла Миллера на ключ, оставив его одного, хромого и в чем мать родила. Миллер был вынужден терпеть муку первых дней воздержания, дрожа от холода, галлюцинируя, доведенный до бешенства тошнотой, тоской и болью. Тщетно пытался он вышибить дверь, напрасно связывал простыни, чтобы вылезти из окна: квартира располагалась на десятом этаже. Миллер колотил в стену, которая отделяла его от Мэгги, пока не разбил в кровь кулаки; у него так стучали зубы, что один сломался.
На третий день он рухнул, выбившись из сил.
Мэгги зашла проведать его вечером и обнаружила бедолагу свернувшимся на полу: он тихо стонал и казался более-менее спокойным. Бабка повела его в душ, накормила горячим супом, уложила в постель и уселась рядом сторожить его сон, делая вид, будто смотрит телевизор.
Так началась новая жизнь Райана Миллера.
