Латиноамериканские группировки враждовали между собой, противостояли группировкам негритянским и азиатским, оспаривали друг у друга территорию, грабили, насиловали и распространяли наркотики, держали в страхе население и бросали вызов властям, ведя с ними нескончаемую войну. Для внушающего тревогу числа молодых людей банда заменяла семью, давала уверенность в себе и защиту; только член той или иной национальной группировки мог выжить в тюрьме. Преступников, отсидевших за решеткой положенный срок, отправляли на родину, где они вступали в местные банды, которые имели связи с Соединенными Штатами; таким образом, торговля наркотиками и оружием превращалась в бизнес без границ.
Уго Домингес прошел обряд, необходимый для посвящения в банду Южан: жестокая трепка, несколько сломанных ребер. У него был на спине шрам от ножевого ранения и след от пули, слегка задевшей руку; его несколько раз задерживали, в пятнадцать лет он попал в исправительную колонию для несовершеннолетних, а в семнадцать Боб Мартин спас его от взрослой тюрьмы, где ему представилось бы немало возможностей для дальнейшего приобщения к преступному миру.
Несмотря на такой послужной список, инспектор сомневался, что Уго способен на столь изысканное преступление, да еще так далеко от своей территории, как убийство Рэйчел Розен, но эту возможность нельзя было сбрасывать со счетов, ведь судья славилась тем, что, когда ей доводилось судить несовершеннолетних членов группировок, она назначала длительные сроки заключения. Не один юнец, приговоренный к нескольким годам тюрьмы, поклялся ей отомстить, и Уго могли поручить эту миссию как часть обряда посвящения.
Бобу Мартину известна была стратегическая значимость приема, состоявшего в том, чтобы заставить подозреваемого ждать, и он даже не смотрел в сторону Уго, а был полностью поглощен чипсами с гуакамоле и беседой с дамами, словно пришел сюда только для того, чтобы с ними повидаться. Он поинтересовался, когда родится малыш у юной родственницы, кто отец и была ли она в дородовой консультации; потом пустился с Ноэми и Алисией в воспоминания о прошлом, рассказал пару анекдотов и выпил еще стакан оршада, в то время как трое детишек, стоя на пороге кухни, наблюдали за ним, серьезные, будто маленькие старички, а Петра тщетно сверлила его нетерпеливым взглядом, пытаясь поторопить.
Уго Домингес отправлял эсэмэски и делал вид, будто полностью поглощен этим занятием, но по лицу его текли капли пота.
Наконец инспектор коснулся темы, для всех животрепещущей.
