— Какое кольцо? — продолжила я расспросы, искренне не понимая смысла происходящей сцены.
— Помолвочное, — совсем тихо признался Себастьян и состроил несчастную физиономию незаслуженно обиженного ребенка. — Я именно за ним в город ездил.
— И? — протянула я, желая услышать хоть какие-нибудь объяснения.
— Слушай, Трикс, ну как можно быть настолько недогадливой! — шутливо возмутился Себастьян, хотя в его тоне явственно угадывалась нервозность. Он сделал паузу, после чего выпалил на одном дыхании: — Неужели непонятно? Я делаю тебе предложение.
Будешь моей женой?
И крышка у коробочки с тихим щелчком открылась, явив моим глазам великолепное золотое кольцо с крупным бриллиантом.
Сказать, что я опешила от такого предложения, — значит, не сказать ничего. Неполную минуту я молча смотрела на кольцо, ожидая, что в любую секунду наваждение развеется. Затем столько же пялилась на Себастьяна, который терпеливо ожидал моего решения, продолжая стоять на одном колене.
— Ты, должно быть, шутишь? — наконец сипло осведомилась я, поскольку голос, как и обычно в подобных ситуациях, предательски отказался мне служить.
И пугливо замерла, ожидая, что Себастьян сейчас рассмеется и как-нибудь сострит по поводу выражения моего лица.
— А что, разве похоже, что я шучу? — внезапно рассердился он, встал и с болезненным вздохом потер колено, на котором все это время простоял. — Никогда бы не подумал, что делать предложение настолько физически утомительно! В отличие от тебя Ангелина хотя бы отказала мне сразу, а не издевалась.
— Я не издеваюсь, — чуть слышно прошептала я. — Просто не понимаю… Зачем тебе это?"
"— А зачем люди женятся? — Себастьян захлопнул коробочку и раздраженно кинул ее на стол, посмотрел на меня в упор. — Ну? Я всегда считал, что вступают в брак, когда любят друг друга и хотят прожить вместе долгие годы, чтобы нарожать кучу детишек и умереть в один день. Разве не так?
— Ты меня любишь? — спросила я, изумленно захлопав ресницами.
— О небо, ты точно издеваешься надо мной! — Себастьян чуть не зарычал.
Видимо, мой наивный вопрос едва не стал последней каплей в чаше его терпения. Затем несколько раз сжал и разжал кулаки и наконец с усилием выдавил из себя. — Да, Трикс, я тебя люблю. Потому что никакому другому человеку я бы не позволил так с собой обращаться. И вообще, я всегда считал, что поступки говорят намного больше, чем слова. Можно наобещать звезд с неба, но при первой же трудности сбежать. Я считал, что мое поведение однозначно показывает чувства к тебе.
