Мысли редко приходили в голову сира Кивана, не побывав предварительно в голове лорда Тайвина. Тирион насадил было ломоть мяса на острие кинжала и поднес ко рту. Но теперь сразу опустил кусок свинины.
— В авангард? — переспросил он с сомнением в голосе. Либо лорд-отец воспылал новым уважением к способностям Тириона, либо же решил сразу отделаться от его сомнительного приобретения. Мрачная рассудительность подсказала Тириону правильный ответ.
— Они показались мне достаточно свирепыми.
— Свирепыми? — Тирион понял, что повторяет слова дяди, словно ученая птица.
А отец наблюдает за ними, взвешивая и оценивая каждое слово. — Позвольте мне рассказать, насколько они свирепы. Вчера ночью один из Лунных Братьев заколол Каменную Ворону из-за сосиски. Сегодня, когда мы остановились лагерем, трое Каменных Ворон схватили его и перерезали глотку. Зачем — не знаю; наверное, они надеялись получить сосиску назад. Бронн не позволил Шагге отрезать хрен мертвеца, и слава за то богам, однако сейчас Улф требует денег за кровь, а Конн и Шагга отказываются платить.
— Когда солдаты не умеют соблюдать дисциплину, виноват их лорд-командир, — заметил отец.
Брат его Джейме всегда умел заставить людей последовать за ним — и умереть, если придется. Тирион был лишен этого дара. Верность он приобрел золотом, а повиновения добился своим именем.
— Более рослый человек, должно быть, сумел бы вселить в них страх, если вы имеете в виду это, милорд.
Лорд Тайвин повернулся к своему брату:
— Если отряд моего сына не повинуется ему, быть может, авангард — не их место.
Вне сомнения, ему будет удобнее в тылу — охранять наш обоз.
— Пожалуйста, не заботьтесь обо мне, отец, — проговорил Тирион сердитым голосом. — Если вы не предложите мне ничего другого, я поведу ваш авангард.
Лорд Тайвин поглядел на своего сына.
— Я ничего не говорил о командовании авангардом. Ты будешь подчиняться сиру Григору.
Откусив кусок свинины, Тирион пожевал и с негодованием выплюнул его.
— Похоже, мне расхотелось есть, — сказал он, неловко перелезая через скамейку.
— Прошу извинить меня, милорды.
Лорд Тайвин наклонил голову, отпуская его. Тирион повернулся и направился прочь. Ковыляя вниз по склону, он ощущал спиной общее внимание. Позади поднялся громкий хохот, однако Тирион не обернулся и только пожелал про себя, чтобы все они подавились этими молочными поросятами.
Спустился сумрак, превратив все знамена в траурные. Лагерь Ланнистеров занял несколько миль между рекой и Королевским трактом.
