Возвратитесь к сиру Аддаму и велите ему отступать. Он не должен вступать в сражение с северянами до нашего прибытия, но я хочу, чтобы он нападал на них с флангов и заманивал дальше на юг.
— Исполню все, как вы приказываете. — Всадник откланялся.
— Мы хорошо устроились здесь, — напомнил сир Киван. — Близко к переправе, вокруг ямы и частоколы. Пусть приходят, мы их остановим.
— Мальчишка может отступить или струсить, увидев такое войско, — заметил лорд Тайвин. — Чем быстрее мы сломаем Старков, тем скорее я освобожусь, чтобы расправиться со Станнисом Баратеоном.
Вели барабанщикам бить сбор и пошли слово Джейме, что я выхожу против Робба Старка.
— Как хочешь, — проговорил сир Киван.
Тирион с мрачным восхищением поглядел на отца, повернувшегося к полудиким горцам.
— Говорят, что люди горных кланов не знают страха.
— Воистину так, — ответил Конн от Каменных Ворон.
— И женщины тоже, — добавила Чилла.
— Выступайте со мной против моего врага, и вы получите все, что обещал мой сын, и даже более того, — сказал лорд Тайвин.
— Но заплатишь ли ты нам нашей собственной монетой? — спросил Улф, сын Умара. — И нужны ли нам обещания отца, когда нам обещал сын?
— Я не сказал, что они нужны, — возразил лорд Тайвин. — В словах моих звучала чистая любезность и ничего более. Вы не обязаны присоединяться к нам. Люди Зимних земель выкованы из льда и железа; даже отважнейшие среди моих рыцарей страшатся встретиться с ними лицом.
Изящный ход, отметил Тирион, криво улыбнувшись.
— Обгорелые люди ничего не страшатся. Тиметт, сын Тиметта, поедет со львами.
— Если Обгорелые куда приедут, там уже сидят Каменные Вороны, — с пылом объявил Конн. — Мы едем тоже.
— Шагга, сын Дольфа, отрубит им мужское естество и скормит его воронам.
— Мы поедем с тобой, львиный лорд, — согласилась Чилла, дочь Чейка, — но только если коротышка будет с нами. Он выкупил свое дыхание обещанием. Жизнь его принадлежит нам, пока мы не получим ту сталь, которую он обещал нам.
Лорд Тайвин обратил искрящиеся золотом глаза к своему сыну.
— Веселый разговор, — заметил Тирион с отрешенной улыбкой.
Санса
Снятые с обнажившихся стен тронного зала гобелены со сценами охоты, которые так нравились королю Роберту, лежали в углу неопрятной грудой.
Сир Мендон Мур отправился на свое место у подножия трона, возле двух других братьев из Королевской гвардии.
Санса осталась у дверей — наконец без охраны.
