А ведь он — знаменосец твоего отца, правда?
— Так, — согласилась она. — Но мой отец никогда не доверял ему. Тебе тоже не следует делать этого.
— Я не собираюсь, — обещал Робб. — Ну что ты думаешь?
Невзирая на все, она была довольна. Пусть Робб похож на Талли, подумала она, но он — сын своего отца, Нед хорошо учил его.
— Каким отрядом ты будешь командовать?
— Конницей, — ответил он немедленно. И опять как отец: Нед всегда брал на себя самое опасное дело.
— А кто возглавит другой?
— Большой Джон всегда утверждает, что мы легко разобьем лорда Тайвина.
Я думал предоставить ему эту честь.
Вот и первая ошибка, но как показать это Роббу, не ранив его еще робкой уверенности в себе?
— Отец твой всегда говорил мне, что не встречал человека бесстрашнее Большого Джона.
Робб ухмыльнулся:
— Серый Ветер откусил ему два пальца, а он только расхохотался. Значит, ты согласна?
— Твой отец не бесстрашен, — указала Кейтилин. — Он отважен, а это две разные вещи.
Сын задумался на мгновение.
— Лишь восточное войско будет отделять лорда Тайвина от Винтерфелла, — сказал он задумчиво.
— И те немногие лучники, которых я оставлю около рва. Итак, мне нужен здесь не бесстрашный человек, правда?
— Да, тебе нужна здесь холодная хитрость, а не отвага.
— Тогда это Русе Болтон, — сказал Робб торопливо. — Этот человек ошеломляет меня.
— Будем надеяться, что он ошеломит и Тайвина Ланнистера.
Робб кивнул и свернул карту.
— Я отдам команды и соберу свиту, чтобы тебя проводили до Винтерфелла.
Кейтилин постаралась собрать свои силы — ради Неда и ради их упрямого и отважного сына.
Справившись с отчаянием и страхом, она отложила их в сторону — словно платье, которое решила было не надевать… но вдруг заметила, что все-таки натянула его.
— Я еду не в Винтерфелл, — услышала она собственный голос, удивляясь неожиданно прихлынувшим слезам, затуманившим ее взгляд. — Возможно, отец сейчас умирает за стенами Риверрана. Брат мой окружен врагами. Я должна ехать к ним.
Тирион
Чилла, дочь Чейка от Черноухих, направилась вперед на разведку и вернулась с вестью о войске, собравшемся на перекрестке дорог.
— Судя по кострам, думаю, что их там тысяч двадцать, — сказала она. — Красные знамена с золотым львом.
— Твой отец? — спросил Бронн.
— Или мой брат Джейме, — ответил Тирион. — Скоро мы узнаем это."
"Он обозрел своих оборванцев: почти три сотни Каменных Ворон, Лунных Братьев, Черноухих и Обгорелых. Всего лишь семя того войска, которое он надеялся вырастить.
