После столь длительного перерыва слова эти показались странными даже для ее собственного слуха. — Попробую, если ты не против.
Купец, видимо, принял ее за дотракийку — в этой одежде, при намасленных волосах и загорелой коже. Когда Дени заговорила, он открыл рот от удивления.
— Госпожа моя, вы… тирошийка? Как это могло случиться?
— Говорю я по-тирошийски, одета по-дотракийски, но происхожу из Вестероса, из Закатных королевств, — сказала ему Дени.
Дореа шагнула вперед:
— Ты имеешь честь разговаривать с Дейенерис из дома Таргариенов, перед тобой Дейенерис Бурерожденная, кхалиси наездников и принцесса Семи Королевств!
Виноторговец упал на колени.
— Принцесса, — сказал он, наклоняя голову.
— Поднимись, я хочу попробовать то летнее вино, о котором ты говорил.
Торговец вскочил на ноги.
— Это? Дорнийские помои не стоят принцесс. У меня есть сухое красное из Бора, бодрящее и восхитительное. Прошу, позвольте мне подарить вам бочонок.
Кхал Дрого посещал Вольные Города, привык к хорошему вину, и Дени знала, что благородный напиток порадует его.
— Вы оказываете мне честь, — ответила она ласково.
— Это честь для меня. — Купец покопался в задней части своего киоска и извлек небольшой деревянный бочонок с выжженной виноградной гроздью. — Знак Редвинов, — сказал он. — Для Бора. Нет напитка лучше!
— Мы с кхалом Дрого выпьем вместе. Агго, отнеси вино в мои носилки, прошу тебя. — Виноторговец просиял, когда дотракиец поднял бочонок.
Она заметила, что сир Джорах вернулся, лишь когда услышала непривычно резкий голос рыцаря:
— Нет.
Агго, поставь бочонок.
Агго поглядел на Дени. Она неуверенно кивнула:
— Сир Джорах, что в этом плохого?
— У меня жажда. Открой его, виноторговец.
Купец нахмурился:
— Вино предназначено для кхалиси, а не для таких, как вы, сир!
Сир Джорах шагнул поближе к киоску.
— Если ты не вскроешь бочонок, я разобью его о твою голову. — Здесь, в священном городе, при нем не было иного оружия, кроме рук. Но и его ладоней было довольно — громадных, жестких, опасных… костяшки пальцев заросли грубыми темными волосами.
Виноторговец помедлил мгновение, а затем взял молоток и выбил затычку.
— Наливай, — приказал сир Джорах. Четверо молодых воинов кхалиса Дени застыли позади него, они наблюдали за происходящим темными миндалевидными глазами.
— Преступно выпить такое богатое вино, не позволив ему подышать. — Виноторговец еще не опустил молоток. Чхого потянулся к кнуту, свернутому у пояса, но Дени остановила его легким прикосновением.
