Мертвецов перенесли в хранилище у подножия Стены, в холодную темную каморку, устроенную во льду, где держали мясо, зерно, а иногда даже пиво. Джон приглядел, чтобы коня Мормонта напоили, накормили и расчесали, потом позаботился о своем собственном и отправился разыскивать друзей. Гренн и Жаба были на дежурстве, но он нашел Пипа в общем зале.
— Что случилось? — спросил он.
Пип понизил голос:
— Король умер.
Джон был ошеломлен. Роберт Баратеон показался ему в Винтерфелле жирным и старым, но тем не менее бодрым и крепким, на взгляд не обнаруживающим никаких признаков болезни.
— Откуда ты знаешь?
— Один из стражников слышал, как Клидас читал письмо мейстеру Эйемону. — Пип наклонился поближе. — Джон, мне очень жаль. Он был другом твоего отца, разве не так?
— Они были близки как братья. — Джон подумал, оставит ли Джофф его отца десницей. Едва ли. Это означало, что лорд Эддард вернется в Винтерфелл, а вместе с ним и сестры. Ему даже могут позволить посетить их с разрешения лорда Мормонта. Как хорошо будет вновь увидеть улыбку Арьи, поговорить с отцом.
«Я спрошу его о матери, — решил Джон. — Теперь я мужчина, и ему давно следовало сказать мне все, даже если она была шлюхой. Мне все равно, я должен знать!»
— Я слыхал, как Хаке говорил, что мертвецы были из тех, кто ушел с твоим дядей, — сказал Пип.
— Да, — подтвердил Джон. — Двое из тех шестерых, которых он взял с собой. Они были убиты давно… только тела странные.
— Странные? — Пип превратился в само любопытство. — Чем же?
— Сэм расскажет тебе.
— Джону не хотелось говорить об этом. — Пойду посмотрю, не нужен ли я Старому Медведю.
Он повернул к башне лорда-командующего, ощущая какую-то непонятную неловкость. Братья-стражники встретили его скорбными взглядами.
— Старый Медведь в солярии, — объявил один из них. — Он спрашивал тебя.
Джон кивнул. Надо было направиться сюда прямо из конюшни. Он торопливо зашагал по ступеням башни. Мормонт потребует вина или велит растопить очаг, вот и все, сказал он себе.
Едва Джон вошел в солярий, ворон Мормонта повернулся к нему и закричал:
— Зерна! Зерна! Зерна!
— Не верь, я только что покормил его, — проворчал Старый Медведь.
Он сидел у окна и читал письмо. — Принеси мне чашу вина и налей себе.
— Мне, милорд?
Мормонт оторвал взгляд от письма и поглядел на Джона. В глазах его была жалость. Джон видел это.
— Ты слыхал меня.
Джон разливал вино подчеркнуто осторожно, едва осознавая себя. Ведь когда чаши наполнятся, ему придется встретить злую весть лицом к лицу.
