Каждый из вас пришел к нам в одиночестве и цепях, не имея ни друга, ни чести. Вы пришли к нам бедными и богатыми. Некоторые из вас носят гордые имена, у других имена бастардов или нет имени вообще. Теперь это безразлично. Все ушло в прошлое. Здесь, на Стене, мы одна семья.
Вечером, когда солнце опустится и мы обратимся лицом к собирающейся ночи, вы примете свой обет. И тогда навсегда станете братьями, присягнувшими на верность Ночному Дозору. Преступления ваши будут смыты, долги прощены. Поэтому вы должны отречься от прежних привязанностей, забыть про былую вражду, прошлые обиды и симпатии.
И все для вас начинается заново.
Ночной Дозор живет ради своей страны… не ради короля, не ради лорда, не ради чести своего дома, не ради золота, не ради славы, не ради женской любви. Он служит всей земле и людям ее. Дозорный не берет жены и не родит сыновей. Наша жена — долг, наша любовница — честь, а вы — единственные сыновья, которые будут у нас.
Вы заучили слова обета. Подумайте же прежде, чем произнести их. Потому что тот, кто принял черное, не может снять его.
Наказание за дезертирство — смерть. — Старый Медведь помедлил мгновение и добавил: — Есть ли среди вас такие, которые хотят оставить наше общество? Если так, уходите немедленно, и никто не подумает о вас худо.
Никто не шевельнулся.
— Отлично! — проговорил Мормонт. — Вы можете принять ваши обеты вечером, перед септом Селладаром и главой вашего ордена. Есть ли среди вас поклонники старых богов?
Джон встал:
— Я, милорд.
— Я рассчитываю, что ты принесешь свой обет перед сердце-деревом, как сделал твой дядя.
"
"— Да, милорд, — ответил Джон. Боги септы не имели к нему отношения. Кровь Первых Людей текла в жилах Старков.
Он услыхал позади себя шепот Гренна:
— Но здесь же нет богорощи, или не так? Я никогда не видел ее…
— Ты не заметишь даже стада зубров, пока их копыта не втопчут тебя в снег, — шепнул Пип.
— Да ну, что ты, — возразил Гренн. — Зубров-то я бы увидел издалека.
Мормонт сам рассеял сомнения Гренна:
— Черный замок не нуждается в богороще.
За Стеной стоит Зачарованный лес, как стоял он в Рассветные Века, задолго до того, как андалы принесли Семерых из-за Узкого моря. Ты найдешь рощу чардрев в половине лиги от этого места, а в ней, быть может, и своих богов.
— Милорд. — Голос заставил Джона с удивлением оглянуться. Сэмвел Тарли поднялся на ноги. Толстяк вытирал свои потные ладони о тунику. — А можно… можно я тоже пойду? Чтобы произнести свои слова перед этим сердце-деревом.
