Если он действительно послал сира Григора грабить и жечь, — а Нед в этом не сомневался, — то позаботился и о том, чтобы тот совершил свои злодеяния под покровом ночи и без знамен, как обычный разбойник. И если Риверран ответит ударом, Серсея и ее отец будут настаивать на том, что королевский мир нарушили Талли, а не Ланнистеры. Только боги знают, кому тогда поверит Роберт.
Великий мейстер Пицель вновь поднялся на ноги.
— Милорд десница, если эти добрые люди полагают, что сир Григор нарушил свои священные обеты ради грабежа и насилия, пусть они тогда отправятся к его сюзерену и принесут свои жалобы.
Преступления эти не касаются престола. Пусть они обратятся к правосудию лорда Тайвина."
"— В этой стране творится королевское правосудие, — ответил Нед, — на севере, юге, востоке и западе все, что мы делаем, совершается именем Роберта.
— Правосудием короля, — добавил великий мейстер Пицель. — Именно так, и поэтому мы должны оставить этот вопрос до возвращения светлейшего государя.
— Король охотится за рекой и скорее всего не вернется еще несколько дней, — проговорил лорд Эддард.
— Роберт обязал меня занимать его место, слушать его ушами, отвечать его голосом. Так я и поступлю… Однако я согласен, королю следует сообщить об этом. — Нед заметил знакомое лицо возле гобеленов. — Сир Робар!
Сир Робар Ройс шагнул вперед и поклонился.
— Милорд!
— Ваш отец охотится с королем, — сказал Нед. — Можете ли вы доставить ему весть о том, что было сегодня сказано и сделано здесь?
— Немедленно, милорд.
— Значит ли это, что мы получили разрешение отомстить сиру Григору? — спросил Марк Пайпер, обращаясь к трону.
— Отомстить? — переспросил Нед. — Помнится, мы разговаривали о правосудии. Если вы сожжете поля Клигана и убьете его людей, королевский мир не восстановится, вы только принесете исцеление своей раненой гордости.
Он отвернулся, прежде чем молодой рыцарь успел произнести гневный протест, и обратился к селянам:
— Люди Шеррира, я не могу вернуть вам дома и урожай, как не могу и вернуть жизнь вашим убитым.
Но тем не менее именем короля Роберта я вправе явить вам толику правосудия.
Все глаза в тронном зале смотрели на него, ожидая. Оторвав себя от трона напряжением рук, Нед медленно поднялся на ноги, раздробленная кость в лубке стонала от боли. Он постарался преодолеть боль; не время обнаруживать слабость.
— Первые Люди считали, что судья, назначивший смертный приговор, сам должен и исполнять его своим мечом; и на севере мы до сих пор придерживаемся этого правила.
