Но тем не менее ничего не сказала, устав от бесполезных споров с сестрой.
— Пусть они сойдутся! — крикнул лорд Роберт.
Сир Вардис обратился лицом к лорду Орлиного Гнезда, салютуя, приподнял свой меч:
— За Орлиное Гнездо и Долину!
Окруженный стражей Тирион Ланнистер сидел на балконе по другую сторону сада. Бронн повернулся к нему с небрежным салютом.
— Они ждут твоего приказа, — сказала леди Лиза своему благородному сыну.
— Бейтесь! — завизжал мальчишка, дрожащими руками впиваясь в поручни кресла.
Сир Вардис с усилием поднял тяжелый щит. Бронн повернулся к нему. Мечи столкнулись раз и другой, пробуя оборону. Наемник отступил на шаг. Рыцарь последовал за ним, выставив перед собой щит. Он попытался ударить, но Бронн вовремя отскочил, и серебряный клинок рассек только воздух. Бронн вильнул вправо. Сир Вардис повернулся, отгораживаясь щитом, и шагнул вперед, осторожно ставя ноги на неровную землю. Наемник отступал, слабая улыбка играла на его губах. Сир Вардис атаковал рубящим ударом, но Бронн еще раз отступил, легко вскочив на невысокий, поросший мхом камень.
Теперь наемник забирал налево, подальше от щита, к незащищенному боку рыцаря. Сир Вардис попытался подрубить его ноги, но не сумел дотянуться. Бронн отскочил еще дальше. Сир Вардис снова повернулся.
— Этот лишен доблести, — объявил лорд Хантер. — Остановись и прими бой, трус! — К нему присоединились сочувствующие голоса.
Кейтилин поглядела на сира Родрика. Ее мастер над оружием коротко кивнул:
— Наемник добивается, чтобы сир Вардис преследовал его.
Вес панциря и щита утомит даже самого сильного мужчину!
Она едва не каждый день видела, как упражняются мужчины в фехтовании, в свое время посетила с полсотни турниров, но здесь все выглядело как-то иначе и жутче: в этой пляске один ошибочный шаг сулил смерть. И вдруг вспомнила другой поединок — столь же ясно, как если бы он состоялся вчера.
…Они встретились в нижнем дворе Риверрана. Увидев, что на Петире только шлем, нагрудник и кольчуга, Брандон тут же расстался с большей частью своего вооружения.
Петир попросил у нее какой-нибудь знак симпатии, чтобы повязать его, но она отказала: лорд-отец обещал ее руку Брандону Старку, ему она и подарила свой бледно-голубой шарф, на котором вышила прыгающую форель Риверрана. Передавая жениху кусочек ткани, она попросила его:
— Петир — просто глупый мальчишка, но я люблю его как брата. Мне будет горько, если он умрет.
