Нед помнил их лица, как свое собственное; но годы вторгаются в память человека даже во сне, даже если он дал обет не забывать ничего. Ему снились тени, призраки, сотканные из тумана.
Всемером они стояли перед троими — во сне, как и в жизни. Но троих трудно было назвать обыкновенными воинами. Они ожидали перед круглой башней, позади краснели горы Дорна, белые плащи раздувал ветер. Они не превратились в тени — лица оставались ясными даже теперь. Сир Эртур Дейл, Меч Зари, скорбно улыбался. Рукоять великого меча Рассвет поднималась над его правым плечом.
Сир Освелл Уэнт, припав на одно колено, правил клинок точилом. На белой эмали шлема расправляла крылья черная летучая мышь его дома. Между ними стоял свирепый сир Герольд Хайтауэр, Белый Бык, лорд-командующий Королевской гвардии.
— Я искал вас у Трезубца, — сказал Нед.
— Нас не было там, — отвечал сир Герольд.
— Горе постигло бы узурпатора, если бы мы там были, — проговорил сир Освелл.
— Когда пала Королевская Гавань и сир Джейме убил вашего короля золотым мечом, я пытался узнать, где вы.
— Мы были далеко, — отвечал сир Герольд. — Иначе Эйерис по-прежнему сидел бы на Железном троне, а наш лживый брат горел бы в адском пекле.
— Я спускался к Штормовому Пределу, чтобы снять осаду, — сказал ему Нед. — Там лорды Тирелл и Редвин сложили знамена, а все их рыцари преклонили колена в знак верности. Я был уверен, что вы окажетесь среди них.
— Мы ни перед кем не склонимся, — проговорил сир Эртур Дейл.
— Сир Уиллем Дарри бежал на Драконий Камень с вашей королевой и принцем Визерисом.
Я думал, что вы будете сопровождать их.
— Сир Уиллем человек добрый и верный, — заметил сир Освелл.
— Но он не принадлежит к числу гвардейцев, — возразил сир Герольд. — Королевская гвардия никогда не бежит.
— Ни прежде, ни теперь, — подтвердил сир Эртур, надевая шлем.
— Мы дали обет, — пояснил старый сир Герольд.
Призраки зашевелились возле Неда с призрачными мечами в руках. Их было семеро против троих.
— Ну а теперь начнем, — сказал сир Эртур Дейл, Меч Зари.
Он извлек Рассвет и взялся за рукоять обеими руками. Бледный, как молочное стекло, клинок горел живым светом.
— Нет, — ответил Нед со скорбью в голосе. — Теперь и закончим. — И тогда он услышал за собой крик Лианны:
— Эддард!
Ветер бросил на кровавое небо тучу лепестков розы, синих, как глаза смерти.
— Лорд Эддард, — вновь прокричала Лианна.
— Обещаю, — прошептал он. — Лиа, я обещаю…
— Лорд Эддард! — позвал мужской голос из тьмы.
