Прочие реалии не радовали.
Надежда Константиновна не преминула, напомнила в который уже раз: «Ты, голубь, так и знай, о стрельбе сразу забудь. О всяких там ноктовизорах – тоже. Фонарик светить, может, и будет… примерно как гнилушка лесная. Так что, касатик, колюще-режущее…»
Вот такая нынче ведьма пошла. Технически подкованная. Даром ли двадцать первый век на дворе.
«Ладно, колюще-режущее так колюще-режущее…» Въехав на территорию гаражей, Песцов миновал вахту и мойку, повернул налево и остановился у бокса под номером семь.
Открыл замки, распахнул ворота, включил свет… Гараж был бетонный, просторный, а главное, с вместительной ямой-кессоном под досками пола. Картошки можно заложить хоть самосвал. Только Песцов, ежу понятно, там держал отнюдь не картошку.
Надев перчатки, он первым делом приступил к ревизии арбалетов. Коллекция у него имелась богатая… Один с двадцати метров пробивал трёхмиллиметровый стальной лист, то есть мог прошить не только борт «Жигуля».
Другой отличался скорострельностью, позволяя всадить за минуту десяток стрел в мишень с открытку величиной. Песцов задумчиво погладил «девастатор», взвесил на руке «сафари-магнум», «профессионал»…
«Нет, – решил он, – возьмём, пожалуй, вот это».
«Вот это» – был штучный, сделанный на заказ экземпляр. Всё в этой машине соответствовало последнему слову техники: композитные дуги, прицел, предохранитель, надёжнейший спуск. А уж болты…[84] Восьмидесятиграммовые, со спиральным остриём, бритвенно-острые.
Причём сделанные из особого сплава, почти мгновенно корродирующего в солёном растворе. Сиречь в крови.
Метательное оружие составляло личную инициативу Песцова. Будем надеяться, ненаказуемую. Выбрав арбалет, он занялся оружием рекомендованным, колюще-режущим: выбрал титановую, на манер малой сапёрной, лопатку с волновой заточкой, клинок вроде мачете, с незаметными глазу алмазно-прочными зубчиками на лезвии и «летающий» – ох, ностальгия! – спецназовский нож, таивший в себе могучую пружину.
Остальные сборы были рутиной. Одежда, обувь, ещё кое-что по мелочи… У него оставалось часов пять на то, чтобы поспать перед трудовой ночью, и он не собирался терять ни минуты.
Варенцова. Ретроспектива 1
Жара пришла в столицу решительно и бесповоротно. Кремлёвские звёзды в вышине истекали рубиновым свечением, «дышал» под ногами асфальт, народ стоически прел в кроссовках и «варёных» заокеанских штанах.
