А ведь твердые корочки вряд ли удалось бы порвать, не говоря уж про вклеенный в них магиснимок, на котором была запечатлена я собственной персоной.
— Чудно, — пробормотала я, наморщившись. — Что бы это значило?
— Что-нибудь пропало?
От вкрадчивого вопроса Седрика, прозвучавшего прямо над ухом, я подскочила на месте. Резко развернулась, невольно прижав руку к груди.
— Никогда так ко мне не подкрадывайся! — гневно выдохнула я, чувствуя, как от испуга зашлось сердце. Затем опомнилась и благоразумно смягчила свой тон: — Прошу прощения, но вы меня сильно испугали, господин следователь.
Пожалуйста, не делайте так больше.
Седрик расплылся в широкой улыбке, будто моя реакция ему чем-то понравилась. Но не стал извиняться, лишь кивнул на стену, на которой темным пятном выделялось то место, где прежде висела рамка.
— Госпожа Беатрикс, — проговорил он. — Вы заметили какую-то пропажу?
— Да, — протянула я и окинула быстрым взглядом комнату, выискивая знакомые синие корочки. Да нет, преступникам точно не удалось бы их разорвать.
После чего растерянно пожала плечами. — Но это бессмыслица какая-то! Я не нахожу своего диплома.
— Действительно странно. — Седрик моментально перестал улыбаться и в свою очередь принялся пристально разглядывать разгромленный кабинет.
Я наморщила лоб, пытаясь сообразить, чем дурным мне может грозить потеря этого документа. Вроде бы ничем страшным. Диплом всегда можно восстановить в архивах университета. Кредит в банке по нему взять невозможно. Но зачем он тогда понадобился преступникам?
— А еще что-нибудь пропало? — с интересом спросил меня Седрик.
— Сложно сказать, — уклончиво ответила я. — Сперва надо убраться в комнате. Но на первый взгляд самые ценные вещи на местах. — И, помолчав немного, жалобно добавила: — Я не понимаю, зачем надо было рвать все мои книги и записи, но при этом оставить на прежних местах то, за что можно было выручить деньги.
— Да уж, — пробормотал Седрик. Искоса глянул на меня, словно раздумывая над чем-то, и вдруг взял меня за руку.
Я обомлела от неожиданного прикосновения. Его теплые пальцы легонько погладили меня по ладони, затем крепко обхватили запястье, словно Седрик опасался, что я могу сбежать. И я внезапно совершенно некстати вспомнила, какими нежными и ласковыми могут быть его объятия.
— Госпожа Беатрикс, — Седрик стоял так близко от меня, что я чувствовала его дыхание, — на самом деле я пригласил вас сюда не только для того, чтобы вы составили список своих потерь.
