Он собирался обмануть и Флавия, и Аннет. Мальчишка чувствовал, что над нами всеми нависла опасность. На рудниках вот-вот должна была пройти масштабная королевская проверка, которая неминуемо открыла бы аферу. И он предложил мне последнюю доставку поделить только на двоих. Всю выручку — пятьдесят на пятьдесят между нами. И бежать из страны, где стало слишком жарко.
— И ты… согласился? — Мой голос ощутимо дрогнул на последнем слове. Я едва не добавила: а что насчет меня?
— Я хотел забрать тебя, — неубедительно солгал отец, без особых проблем поняв, что именно меня смутило.
Я продолжала молча смотреть на него, и он не выдержал, смущенно забормотав: — Точнее, я был готов это сделать, если бы почувствовал, что ты в опасности. Но ты так давно не жила с нами, не брала ни медяка из семейных денег… Даже если бы тебя заподозрили в том, что ты мне помогала, то любая самая строгая проверка показала бы, что это не так. В конце концов, если бы дело для тебя сложилось плохо, то я бы нашел способ вытащить тебя из Итаррии.
— Что было дальше? — сухо поторопила его я, заставив себя забыть про свою обиду. Сейчас не время для выяснений отношений. Не знаю, как, но я понимала, что срок, отпущенный мне для разговора с отцом, уже истекает.
— Мизерд притащил мне шкатулку с гриадием. — Отец еще крепче вцепился в нее, словно опасался, что я способна отнять у него драгоценную ношу. — Попросил припрятать ее и сказал, чтобы я готовился. После чего исчез. Понятное дело, я заволновался. Пытался с ним связаться, но все было зря.
Несколько дней я выжидал, но потом начал готовиться к побегу. Первым делом отправил твою матушку на модный курорт в Прерисии. По-моему, она предупреждала тебя.
Я неопределенно пожала плечами. Если честно, при каждом нашем разговоре матушка вываливала на меня такой ворох информации, что я просто не воспринимала ее. Вроде бы речь действительно шла о какой-то поездке. Но я была свято уверена, что она собирается в загородный дом — отдохнуть от шума столицы и насладиться последними теплыми днями лета перед холодной дождливой осенью.
— Если честно, я должен был присоединиться к Беате уже несколько дней назад, — продолжил отец. — Но тут узнал об убийстве Флавия, произошедшем в твоем доме… Признаюсь честно, я очень за тебя испугался. Поэтому остался, готовый в случае чего прийти к тебе на помощь.
Я раздраженно поморщилась, уловив излишний пафос в словах отца. Легко разглагольствовать о том, что готов был на все ради дочери.
