Непонятное свечение вполне сносно освещало окружающую нас местность. Я повернулась и увидела в нескольких метрах загадочно темнеющий грот. Егор включил фонарь и, знаком показав Белосветскому, чтобы он оставался около наших аквалангов, махнул мне рукой. Мы осторожно вошли внутрь. Липкая темнота тотчас обволокла нас, начисто лишая возможности ориентироваться в пространстве. Узкий луч фонаря, блуждающий в кромешной темноте коридора, метался из стороны в сторону, то и дело натыкаясь на грубо обработанные своды туннеля.
Неожиданно ход закончился, и мы оказались в огромной пещере. Эхо наших шагов гулко отражалось от стен и потолка, и мне на мгновение показалось, что темнота вокруг полна неизвестными существами. Егор провёл фонарём по периметру и осветил вырубленный прямо в скале зал. Увиденное нами иначе трудно было назвать. Я не выдержала и тоже врубила фонарь. Ослепительно — белые снопы света бродили во мраке, выхватывая из темноты полированные мраморные плиты пола, конической формы каменные колонны зелёного цвета, уходящие вверх, и… искусно вырубленного в камне на северной стороне скалы огромного орла, сжимающего в чёрных блестящих когтях венок из дубовых листьев, в центре которого призрачно белела свастика.
Около восточной стены пещеры свет фонаря вырвал из темноты несколько металлических навесов. Продолжая медленно продвигаться вперёд, мы наткнулись на боковой проход, который через несколько метров привёл к двум небольшим комнатам, вырубленным прямо в толще скалы.
Одна была очень похожа на жилой блок, поскольку кругом стояла полуразобранная деревянная мебель, да высокий штабель панцирных сеток от железных кроватей. Другая — буквально забита множеством больших деревянных ящиков. Егор, достав нож, осторожно вскрыл один из них. Надёжно завёрнутые в промасленную бумагу, там обнаружились упакованные части и механизмы различных станков и шанцевый инструмент, покрытые толстым слоем смазки.
Мы переглянулись и двинулись дальше. Ход резко повернул направо, и примерно через двадцать метров мы оказались в следующем небольшом гроте, где аккуратным штабелем стояли до самого потолка два десятка обитых металлическими лентами прочных деревянных ящиков. Мелькнула мысль — неужели нашли? Однако моя радость снова оказалась преждевременной.
