Пограничные катера постоянно патрулируют акваторию на расстоянии тридцати-пятидесяти километров от берега, практически в открытом море. Их суда оснащены самыми современными средствами слежения и обнаружения.
— Пусть так, но факт остаётся фактом. Предположим, ты прав, и плот освободился из ледяного плена и попал на чистую воду в ста пятидесяти километрах от берега. В этом случае, поскольку он был неуправляем, то блуждал по морю в полной зависимости от направления ветра, течений и тому подобных природных факторов. Если исходить из этой предпосылки, то он мог так плавать и год, и два, и, вообще, целую вечность, причём всё это происходило прямо под носом у ваших доблестных пограннарядов.
И это ещё нам очень повезло, что какой-нибудь даже незначительный шторм не утопил его. Ведь так?
— Ну, не знаю, — начальник заставы растерянно почесал макушку."
"— А я знаю! Знаю пока только одно: плот благополучно причалил к вашему берегу, и ни одна из служб наблюдения его не зафиксировала. И я хочу знать почему? А, знаешь, пригласи-ка ко мне сержанта Посевкина.
И Книгу службы — мне на стол…
— Сержант Посевкин, — я открыла толстую книгу службы в алом коленкоровом переплёте с золотым тиснением, — здесь указано, что последние два месяца, а интересуют нас именно они, поскольку в этот период начал сходить снежный покров, вы ходили дозором 68 раз, и это не считая выездов по сработкам сигнализационной системы. Следовательно, сержант, я предлагаю вам обратиться к элементарной логике. Плот с покойником никак не мог появиться на участке вашей заставы раньше, чем началось таяние снега.
Соответственно, лёд у побережья вскрылся, Лена тоже «пошла», а это значит, что найденный вами только позавчера плот торчит в этих чёртовых завалах плавника уже как минимум месяц?
— Никак нет, товарищ…
— Обращайтесь ко мне — товарищ майор.
— Товарищ майор, если бы он, в смысле плот, появился там раньше, то Хасан…
— Не стройте из себя цацу! — рявкнув, прервала я его. — Сама служила инструктором службы собак и потому прекрасно представляю, как всё это выглядит, так сказать, на местах.
— Товарищ майор, — голос сержанта дрогнул, и он бросил тоскливый взгляд на настенный календарь, — ещё 17-го не было там никакого плота. Точно.
— Почему вы так уверены? — спросила я с вызовом.
— В тот день мы с напарником, ефрейтором Лопехо, останавливались на перекур именно на том самом месте. Я хорошо запомнил, потому что в этот день мы задержались там дольше обычного.
— Почему? — спросила я.
— Мы поспорили.
