– Умереть не встать! Народ в Ложкине опсихел! Нам весь день жратву несут, звонят, не переставая, я вспотела дверь открывать! Протягивают пакеты и ноют: «Это Бандюше, вот несчастный». Так что я ничего не роняла, это очередное подаяние оставили!
Я замерла с ботинком в руке.
– Почему люди так ведут себя?
– Говорю же, опсихели, шизофрения обострилась! – заявила Ирка. – Так всегда весной случается, в марте и коты, и люди бесятся.
Но мне подобное объяснение не пришлось по вкусу. В Ложкине не принято заглядывать к соседям на огонек без приглашения.
Внезапно на ум пришли слова девочки: «На магазине объявление висит, такое большое, помогите несчастной собачке».
– Эй, вы куда? – крикнула Ирка.
– Сейчас вернусь, – ответила я и понеслась из дома.
Назвать магазином крохотный павильончик, расположенный в центре Ложкина, можно лишь с большим трудом. В торговом зале – самый примитивный ассортимент: сигареты, хлеб, молоко, яйца, водка, конфеты. Летом здесь продают еще уголь в мешках и свежие овощи.
Мы практически никогда не заглядываем в «супермаркет», предпочитаем привозить харчи из Москвы. Поэтому я была страшно удивлена, когда незнакомая продавщица весьма вежливо сказала:
– Здрассти, Дарь Иванна.
Похоже, моя популярность в Ложкине очень высока, а я-то полагала, будто имя мадам Васильевой знают лишь два-три человека.
– Хлебушка хотите? Берите, совсем свежий, – мило улыбалась торговка.
– Вас как зовут? – налетела я на женщину.
– Наташа.
– Скажите, что за объявление висит здесь? Про Банди. Где оно?
– Около входной двери, – ответила Наташа, – слева, не заметили?
Не отвечая на вопрос, я вылетела наружу и мгновенно уперлась взором в лист формата А 4, прикрепленный прозрачным скотчем к стене.
«Дорогие ложкинцы! Все, кто любит животных! Спасем питбуля Банди из дома Дарьи Васильевой. Собака голодает, хозяева разорены и не способны прокормить пса! Люди, если имеете возможность, принесите голодающему питу еду, он будет рад любой крошке! Все на помощь Банди! Не дадим погибнуть животине!»
Сломав два ногтя, я содрала дацзыбао и, вернувшись в магазин, ткнула обрывки Наташе под нос.
– Кто написал эту гадость? Банди великолепно питается, и мы не собираемся разоряться! Если это ваша шутка, то она совершенно неуместна! Кстати, сегодня не первое апреля!
– Я здесь ни при чем, – заквохтала Наташа, – это Аня прицепила, нянька Журовых из двенадцатого коттеджа.
