– Пусть лучше я, чем кто-то другой!
– Других не будет, даже в её воображении! – рычит зверь, чувствуя сладкую влагу наслаждения на губах!
– Да! – кричит Ника, и её тело содрогается от оргазма.
Придерживаю девушку, прижимая к себе, и даю насладиться моментом, ведь дальше больше. И в этом проблема. Я могу не сдержаться и тогда наврежу паре, а значит, нужно ставить метку. Но как это сделать без её согласия?
Я дал себе слово, что это будет осознанный для неё шаг, но сейчас точно ещё не время.
– А мы аккуратно! – предлагает сущность.
– Укусим?
– Приласкаем.
Он сам-то верит в то, что говорит? Нам крышу сорвёт сразу, как войдём в неё.
– Ма-а-акс, – стонет Вероника, выгибаясь в моих руках, и трётся аппетитной попкой о каменный член. Боги, дайте мне сил не сорваться!
Боюсь, другого выхода, кроме как попробовать, у нас нет.
– Сейчас всё будет, – шепчу, прижимая пару сильнее к кровати и раздвигая ей ножки.
Какая же она у меня манящая, вкусная и такая узкая! Начинаю проникать в неё и чуть сразу не кончаю от удовольствия.
Жених точно с ней спал?
Несмотря на то, что девушка уже влажная, проникаю я с трудом. Какие же сладкие ночи нас ждут!
– Ай! Мне бо… – дёргается в руках Ника, но я не отпускаю её.
– Тихо, просто расслабься, – успокаиваю, лаская спину, грудь, скольжу под напряжённый животик и тру клитор.
– О-о-ох, – стонет и сжимает меня теперь не так сильно. Медленно проникаю ещё глубже и чувствую, как рвётся моё терпение.
Я не смогу так долго, нужно было ставить метку!
– Ещё немного, – умоляет сущность, и я склоняюсь к шее, чтобы наполнить лёгкие ароматом Ники.
Лишь когда я погружаюсь полностью, замираю, давая привыкнуть к своему размеру, а потом начинаю мять тело девушки. Она напряжена, хоть и пытается этого не показывать. Но мы сейчас всё исправим.
Выхожу и дарю первый толчок, нежный и мягкий. Потом ещё один. И ещё. Ускоряюсь по мере того, как эмоции пары начинают зашкаливать. Да, связь образуется даже в такие моменты, и я могу её чувствовать!
Ника хочет меня, но боится.
А ещё есть толика печали. Почему? Если малышка думает, что это в последний раз, то я точно разочарую её, так как вскоре собираюсь вовсе не выпускать из кровати.
В подтверждение этого усиливаю толчки, и Ника кричит. Не стонет, а срывает голос, и я наслаждаюсь этим!
– Ещё, громче! – рычу, впиваясь руками в талию, и уже насаживаю пару на себя. Не знаю, как объяснить завтра следы своих рук на её теле – сейчас голова забита другим.
